Колыбельная для смерти

Нет, она не боялась того, что, переступив порог, уже не сможет вернуться к своей обычной жизни, ее пугало то, что за дверью никого не окажется.

Ее ждали. Она поняла это по приглушенной музыке и льющемуся сверху яркому свету. Лиза пересекла небольшой зал, на каменные стены которого серебряной краской были нанесены причудливые орнаменты, и поднялась по винтовой лестнице. Рон – такой, каким она его помнила, – одетый в кожаные брюки, белую рубаху с пышными рукавами и черную жилетку, с его экстравагантной прической и серебряной серьгой в ухе, поджидал ее на верхней площадке.

– Ты жив, – наконец-то выдохнула она.

Рон усмехнулся – той знакомой усмешкой, которая лишала ее воли, и протянул ладонь. Лиза вложила в его руку свою, ощутив вместо ожидаемого тепла прохладу кожи, и поднялась к нему.

– Ты смогла, – сказал он.

Да, она смогла. Она нашла его, как и предсказывал Владлен. Пусть путь ее был долгим и непростым, выматывающим и страшным. Она нашла его. А вместе с ним – себя.

Но не успела Лиза радостно рассмеяться и заключить Рона в объятия, как он уже отстранился и высвободил свою ладонь.

– Нет. Еще рано.

– Рон! – закричала Лиза, видя, что он уходит. – Рон!

Она бросилась за ним, но к ногам будто привязали гири – каждый шаг давался с великим трудом.

– Рон, – простонала Лиза, когда его спина растворилась в невесть откуда взявшемся тумане. – Не бросай меня снова…"

"И в тот же момент поняла, что стоит на улице перед знакомым ей фасадом разрушенного пансионата, который видела на снимках в Интернете.

– Пойдем, я покажу тебе, где он, – услышала Лиза рядом с собой мальчишеский голос. Резко оглянувшись, она увидела рыжего мальчишку, фотографию которого ей прислал Владлен.

– Ты покажешь мне, где Рон? – быстро спросила Лиза.

– Я не знаю, как его зовут. Но он там. – Мальчишка махнул рукой в сторону пансионата.

И на этом месте Лиза проснулась. Разбудил ее кот, который, вспрыгнув ей на грудь, громко зашипел в темноту. Девушка торопливо нашарила выключатель и зажмурилась от брызнувшего в глаза резкого света. Кот шипеть перестал, но издал утробное урчание и выпустил когти, от которых Лизу защитило толстое одеяло.