Кома. Эшелон (СИ)

А что тебе?

— Мне салат, суп, жаркое с картошкой, пару пирожков с ливером и один с яблоками. Чай.

— Чай с молоком?"

"— Нет. Там лимоны были консервированные, есть открытая банка?

— Есть. Положить кусочек?

— Да, в чай. Это всё.

— Хорошо. Марк скоро обед. Надо состав останавливать. Не все могут на ходу перебираться к нам.

— Я знаю. Остановимся. Первыми пойдут дети. Потом те, кто находится в начале эшелона. Остальные после них.

Сидели с Люсей уплетали. Ей принесли большую глубокую тарелку с кусками курицы и мяса.

Люся ела руками. Попытки приучить её есть ложкой не увенчались успехом. Она недоумённо смотрела на ложку, потом на того, кто ей показывал пример, в итоге, ложку выбрасывала и начинала есть рукам. В конце концов, мы смирились. Расправившись с салатом, хлебал суп. Люся рядом поглощала мясо птицы и свинины. Всё вперемежку, по барабану. Куринные косточки просто разгрызала и глотала. Кошмар. Но ей было всё равно, чувствовала она себя прекрасно. Когда она расправилась с мясом, вытер ей руки салфетками. Вытирая измазанное лицо — рот, щёки и подбородок, недовольно сказал:

— Люся, ну никакой культуры приёма пищи. Это же безобразие. А если званный ужин, дорогая? Как тебя туда приглашать? Народ же в шоке будет. — Девочка слушала меня и улыбалась. — Я вижу тебе смешно? А вот мне нисколько.

Тётка Фая забрала Люсину тарелку. Поставила перед ней молоко и тарелку со сладкими пирожками. Сладкое Люся любила, особенно сладкую выпечку. Пирожки спорола на раз-два. Потом выпила всё молоко. Опять вытирал ей ладошки и рот.

Успел попить чай с пирожками, как со мной по рации связался Георгич.

— Марк, ты где?

— В ресторане с Люсей.

— Понятно, можно было не спрашивать. Подальше от жены и поближе к кухне, да, командир? — Услышал в гарнитуре смех.

— Что-то в этом роде. Зато Люсю покормил.

— Люсю и так без тебя кормят все кому не лень. Ладно. Марк, впереди мост.

— Понял. Перед мостом тормозни.

— Всё же проверять будешь?

— Буду. Бережёного бог бережёт, а не бережёного кладбищенский сторож стережёт.

После того, как в самом начале пути, проскочив грязную зону и Усть Сибирское, отбившись от стаи «диких», и устроили большой привал, на котором помылись в бане, отдыхали и переселили часть скота в специально предназначенные для них вагоны, прошло три дня. Мы двигались неспешно. Ночью останавливались. Всё же машинист у нас был один и ему тоже нужен был отдых. Да и двигаться по ночи не рисковали. Это в том мире, до пандемии, поезда могли без проблем идти и ночью.