Команда Бешеного

Как ни странно, решение избавиться от самолета и пилота сослужило плохую службу Уоркеру. Полуобгоревший самолет и труп летчика обнаружили пограничники. Совместно с полицией они начали прочесывать близлежащие районы. Небольшая группа пограничников настигла отряд Уоркера и без предупреждения открыла огонь. Уоркер приказал стрелять в ответ. Огонь был настолько плотным, что из десятка пограничников в живых осталось лишь двое, которые, побросав автоматы, бежали.

Когда выстрелы стихли, Уоркер оглядел свою группу и с удовлетворением увидел, что Али цел и невредим.

Двое боевиков были убиты, одному пуля попала в позвоночник, а второму размозжила голову. В живых оставалось четверо. Уоркер не мог понять, куда подевался еще один его человек? Но Али указал на расщелину: там лежал погибший. Потерять сразу трех боевиков, не пройдя и половины пути, не входило в планы Уоркера, и он, не скрывая своих чувств, ходил взад-вперед и громко ругался. Излив свой гнев и немного успокоившись, он взглянул на своего обожателя.

— Не хотел я втягивать тебя в это дело, Али, но сам видишь… — Он поморщился. — Придется тебе пойти с нами.

— Хорошо, — сразу согласился Али, понимая, что возражать Бешеной Акуле опасно.

— Вот и отлично! — удовлетворенно кивнул Уоркер. — Странно, кто же мог их навести? Ты никому не говорил о нас?

— Обижаешь, Акула! — скривил губы Али. — В меня тоже стреляли.

— И то правда! Скорее всего, это мертвый пилот нам мстит, черт бы его побрал! Но как они быстро догнали нас! Кажется, я начинаю терять нюх.

— Ну что ты, шеф! — с горячностью воскликнул Али. — Это просто случайность: как говорится, дуракам везет.

— Да, к сожалению, ты прав: невозможно составлять планы, рассчитывая на дураков, — вздохнул Уоркер. — Тем не менее, еще не начав дела, мы уже понесли потери.

— Послушайте, шеф, могу ли я узнать, куда и зачем мы идем?

— Зачем — узнаешь позднее, а куда… — Он повернулся к остальным и крикнул: — Бондарь, подойди!

От группы отделился черноволосый парень с прядью седых волос.

— Теперь ты, надеюсь, понимаешь, почему мы тебя так бережем? — спросил Уоркер.

— Как не понять, — хмыкнул Бондарь. — Попади в меня пуля, вам никогда не найти то место. Так что вы должны беречь меня пуще глаза."

"— Но и ты особо не высовывайся, — недовольно буркнул Уоркер и протянул ему бронежилет. — Надевай! Придется потерпеть.