– Хорошо, что вы проснулись, – сказала она. – А то вас уже ждут.
– Кто?
– Ваш друг. Он в коридоре ждет. Позвать?
– Позовите. Только сначала зеркало подайте, если можно...
Лучше бы она не подавала ему зеркало. Не лицо у него, а рожа. Синяки, опухлости, ссадины.
– Ничего страшного, – улыбнулась девушка. – Синяки украшают мужчину.
– Хотелось бы верить...
Сестра позвала Виталика, а сама ушла.
– Как самочувствие? – радушно спросил он.
– Да жить можно.
– Вот и живи. И выздоравливай поскорей. Место твое за тобой осталось, пацаны будут службу за тебя тащить.
Нет, ты только не подумай, это не в упрек... Это, разговор есть. – Виталик оглянулся по сторонам. Как будто кто-то мог его подслушивать. – Важный разговор... Завтра к тебе следователь может нагрянуть. Если что, про братков тех молчок. Скажешь, на отморозков каких-то нарвался, кто такие, не знаешь... Это, дело в том, что Валентин погорячился. Отморозков тех в бетон закатал. Если менты на ту дачку серпуховскую выйдут, проблемы могут начаться...
– Я понимаю, – кивнул Игорь.
"
"«Валентин не просто погорячился, – мысленно подумал он. – Свершилось правосудие, Шнуру и его ублюдкам воздалось по заслугам».
Валентин ушел. Но Игорь недолго пробыл в одиночестве. В палату заглянула сестра.
Сейчас она показалась Игорю еще краше, чем в первый раз. Среднего роста, худенькая и стройная как стебелек, голубые глаза, милое красивое личико, роскошные русые волосы уложены в косу. Белоснежный халат был ей к лицу.
– Что, снова укол? – спросил Игорь.
– Нет, уколов пока нет.
.. Можно, я телевизор посмотрю?
Только сейчас Игорь заметил в углу палаты видеодвойку с большим экраном.
– Конечно, можно, – кивнул Игорь. – Вместе посмотрим...
– Ой! – спохватилась сестренка. – Какая же я все-таки эгоистка. Вам же сейчас нельзя телевизор смотреть. Вам сейчас вредно...
– Тогда сами смотрите. А я просто полежу.
– Нет, так нельзя... Знаете, я просто с вами посижу. Чтобы вам не было скучно...
– Вот это будет здорово, – обрадовался Игорь.
Эта девушка все больше и больше нравилась ему.
Звали ее Кристина.
При сотрясении мозга больной должен быть огражден от яркого света. Поэтому в палате царил сумрак. А еще за окнами темнело. Скоро палата погрузится во мрак. Они будут вдвоем. Игорь ощутил приятное волнение. А еще он почувствовал страх. Вдруг он надоест ей. Надо быть интересным. А что может быть интересней истории любви, густо замешанной на криминале.
Он рассказал ей, как вернулся из Чечни, как узнал о гибели своей невесты.
