Джонсон перевел ее в режим ожидания экстренных вызовов, закрыл крышку и убрал чемодан под стол.
– Что будем делать на базе, босс?
– Ждать! И одновременно пускать линию для мелкосерийного производства изделий.
– Не дожидаясь, пока мистер Смелнок выйдет на надежных покупателей?
– Это несложно, Грэм.
Доррес задумался. Пауза затягивалась, и Джонсон решил прервать ее:
– Вы плохо чувствуете себя, босс?
– Что? А?! – встрепенулся Доррес. – Нет, Грэм, я просто задумался. И знаешь, о чем?
– Ну, откуда мне это знать?
– Я подумал, кладет ли кто и когда-нибудь цветы на мою могилу?
– Возможно, бывшая супруга?
– Хелен? – усмехнулся Доррес.
– Нет, Грэм. Хелен во время совместной жизни вовсю гуляла с генералом Греем. За него же и замуж вышла сразу после того, как я «погиб» в автокатастрофе. Ее и на похоронах не было, потому что Грей в это время получил краткосрочный отпуск после ликвидации нашей лаборатории на мысе Ко. Когда меня «хоронили», Хелен с Греем летели в Майами. Если ей тогда было не до мужа, то сейчас она наверняка даже не знает, где находится моя могила.
А ты говоришь, цветы.
– Дочь?
– Мария? В честь нее я назвал первый образец нового оружия. Она вышла замуж за аристократа из Англии и живет в Лондоне. Сомневаюсь, что она вообще после отъезда вспоминала обо мне. Так что, Грэм, сто против одного, на мою могилу цветов никто не кладет.
– Вас это задевает?"
"– Раньше было безразлично, сейчас – да. И если к дочери я по-прежнему не питаю антипатии, она молода, ее можно понять, то Хелен должна ответить за свои подлые измены.
И Грей должен ответить. Он мог попытаться отстоять проект, но даже пальцем не пошевелил для этого. Ему плевать, что программа для многих являлась делом всей жизни. Сколько ученых покончили с собой, когда «МК-ультра» закрыли? Четверо. Самых лучших ученых, которых просто вышвырнули на улицу из-за таких подонков, как Грей.
Джонсон налил в бокал воды, протянул его шефу:
– Успокойтесь, босс! У вас теперь есть все возможности отомстить своим недругам.
Выпейте воды и успокойтесь.
– К черту воду! Налей еще водки.
– А не много ли будет?
– Исполняй приказ, Грэм.
Выпив водки, Доррес закрылся у себя в каюте и долго не мог уснуть, вспоминая бывшую жену, так подло поступившую с ним. Заснул он только под утро, оттого и поднялся совершенно разбитый. Но бассейн и тренажер быстро привели его в чувство. Переодевшись, он прошел в гостиную, включил телевизор. По всем местным каналам показывали деревню Аббоди.
