Нужно ещё, как минимум, пяток подобных частей, желательно, уже находящихся на оккупированных территориях.
Михеев, выслушавший меня очень внимательно, уточнил:
— Расскажи подробнее, каким образом ты собираешься, как ты выражаешься, раздергивать немецкие части?
— Просто все. Эти части в определённый момент времени атакуют какие-нибудь, значимые для немцев объекты, и тем самым отвлекут противника от основного. А в идеале заставят его снимать с нужного направления какое-то количество войск.
Ё — Понятно — протянул Михеев и добавил:
— Идея рабочая, только вот кроме твоего батальона, о других частях, находящихся в тылу врага, мы сведений не имеем.
К сожалению, выработать алгоритм действий, устраивающий всех, так и не удалось. Я, естественно, всеми силами отбивался от попытки возложить на мои плечи ответственность за проведение операции прорыва. А Михееву не нашлось, что предложить, кроме вышеизложенного. В итоге, незаметно подошло время, когда ему надо было улетать. Да и мне со своими людьми задерживаться не следовало.
Удивил Старинов, который уведомил, что на время останется со своими людьми в моем подразделении.
Он обозначил, что у него есть свое задание, приступить к выполнению которого ему нужно в ближайшем будущем. Но время ещё терпит, поэтому он и хочет посмотреть своими глазами, как действует моё подразделение.
Уже возле самолёта, когда мы прощались с Михеевым, тот произнес:
— Я, Сергей, конечно, доведу до командования все, тобой высказанное. Но ты все равно готовься к выполнению задания.
Времени осталось очень мало и вряд ли твои пожелания осуществимы."
"Я на это только кивнул головой, где-то даже обречённо, подумав, что похоже, быть мне крайним во всех будущих неудачах с затеянным прорывом.
От аэродрома мы уходили под светом ярко полыхающих костров, горящих самолетов и складов горючего с боеприпасами. Естественно, всю захваченную наземную технику при этом включили в состав колонны. Мужики даже пару зенитных автоматических пушек прихватили, как они выразилась, чтобы передать их Остапенко.
Ведь у него теперь нет никакого прикрытия с воздуха.
Людям Старинова отдали сразу два трофейных грузовика, правда, сам он передвигался в моем броневике.
По дороге, время от времени проверяя дальнейший путь своей способностью, стараясь делать это незаметно для Старинова, мы с ним разговорились, и он рассказал о своём задании. Оно, оказывается, непосредственно связанно с будущим прорывом.
