Говоря это все, я думал: «Господи, какой же бред я несу?»
На самом деле я старшине ни разу не соврал и все это имеет право на жизнь. Другое дело, что о задачах, которые на самом деле придётся решать подразделению, до начала войны я даже думать буду с осторожностью. Соответственно, и говорить об этом не стану. Но и уже сказанного более чем достаточно для понимания, куда идти и к чему стремиться.
Старшина между тем не унимался.
— С кем воевать будем, командир?
Я невесело улыбнулся и ответил:
— Не знаю точно.
Могу только предположить, что с немцами, слишком уж они сильны стали.
— Год, говоришь? — уточнил старшина, внимательно глядя на меня. — За год многое можно успеть.
— Ты пока даже представить не можешь, сколько нам всего надо успеть. Но об этом пока рано говорить. Сейчас, повторюсь, главное — люди, притом лучшие из возможных.
— Странно, что мы ищем их среди нарушителей дисциплины, — слегка язвительно заметил старшина. Но и я не остался в долгу.
— Да хоть среди заключённых, главное, чтобы подошли.
Этот наш разговор прервал стук в дверь.
Оказывается, пока мы тут разговоры разговаривали, нам успели доставить личные дела злостных нарушителей из числа командиров РККА. Притом, судя по двум большим коробкам, заполненным папками чуть не битком, нарушителей в десятой армии хоть пруд пруд.
Кстати, очень оперативно привезли эти самые дела, что навевает на мысли, что они кому-то, наверное, понадобились раньше нас.
Как бы там ни было, а приняв эти коробки и поблагодарив двух лейтенантов, которые их доставили, мы со старшиной приступили к изучению содержимого.
Читая личные дела и рапорты о том, что творили командиры Красной армии, я охреневал напрочь и не знал, плакать мне или смеяться."
"Честно сказать, больше мы со старшиной даже не смеялись, а ржали как кони стоялые. Да и как иначе, если иногда попадалось такое, что хоть стой, хоть падай. Например, приколы с неким лейтенантом Завяловым, которого три раза уличили в связи с женой его непосредственного командира, но не смогли ничего доказать.
Это как так? Уличили, но не доказали?
Или ещё пример с лейтенантом Бурым. Этот кадр поднял по тревоге вверенный ему взвод и обнес клубнику с огорода белоруса, который ему не понравился, аргументировав это тем, что он похож на кулака из деревни, где этот лейтенант вырос.
Про пьянки со стрельбой даже говорить не буду, как и о случаях неуплаты за некие оказанные командирам услуги местных женщин лёгкого поведения.
