Это где-то в пределах тысяч-двух тысяч километров, около ста человек пассажиров, тысяча километров в час и полсотни тонн нагрузки. Тут уже автопредприятия справиться не смогут, и нужны специалисты по аэродинамике, и нормальны прочные корпуса. Что нам собственно и демонстрирует товарищ Алексеев. Его ближнемагистральники это реально прорыв в логистике и перевозках людей. Но, – Александр улыбнулся, – только над морем. Если разогнать такой корабль над сушей, нужно обеспечить полосу отчуждения шириной метров в триста – пятьсот.
Скорость конечно дозвуковая, но удар там такой, что и тараканы сдохнут. Поэтому над землёй всё упрётся в скорость. Не выше четырёх-пяти сотен. Ну шестьсот километров в час это край. А самолёт как известно нормально летает до волнового порога, который наступает на скорости звука, что составляет примерно тысячу двести километров в час. И вот на наших расстояниях это реальный выигрыш во времени перевозки. Трасса Москва – Уральск имеет протяжённость тысячу четыреста километров. А значит даже гипотетический антиграв развивающий шесть сотен километров будет добираться от города к городу вдвое дольше.
Дав с лишним часа против полутора часов у самолёта. Но и вам придётся изменить подход к перевозкам, подняв скорость самолётов, сократив время подъёма на эшелон, и спуска, а как следствие – стабильность давления в салоне и кабине экипажа. Ну и на дальних маршрутах, альтернативы самолёту практически нет. От Москвы до Владивостока шесть с половиной тысяч километров. Поезд и антиграв имеют шансы только в том, что будут останавливаться и высаживать пассажиров и таскать грузы.
Даже портальные комплексы не смогут тут соперничать с самолётом, поскольку жрут энергию в три горла. Но опять-таки, вам, товарищи авиаконструкторы придётся изменить свою политику. Улучшать комфорт авиаперевозок, улучшать сервис в воздухе и в аэропортах, уменьшать шумность в салоне и так далее. Времена, когда можно было долететь из Москвы во Владивосток за десять часов, или тащиться в поезде десять суток, прошли и больше не вернутся.
Кстати. – Александр обвёл взглядом гостей. – А на чём сейчас учатся наши курсанты лётных училищ?
– В основном на Яковлевских поршневиках, ну и далее на строевых машинах предыдущих поколений. – Ответил Сергей Владимирович Ильюшин.
– Так сделайте простой, дубовый и надёжный реактивный самолёт первоначального этапа. Кстати, он весьма будет кстати в виде летающего такси, особенно если сделаете ему антиграв-шасси, чтобы мог садиться на любую поверхность.
