"
"Мемориал созданный в кратчайшее время коллективным трудом Академии Художеств под руководством Владимира Александровича Серова, будет местом памяти и скорби по лучшим людям Союза Советских Социалистических Республик, отдавших свою жизнь за благо всего народа.
Памятный мемориал будет освящён патриархом Всея Руси, и Верховным Муфтием, в знак заслуг погибших перед лицом всех верующих всех конфессий Советского Союза. Так же поминальный обряд в виде буддистской пуджи готовится далай-ламой который прибыл вместе с китайской делегацией.
Смешанный почётный караул комсомольцев и пионеров, сменяют военный караул, и караул рабочих дружин. Кажется, все месяцы, пока строили мемориал, пока заканчивали работы и шли траурные мероприятия, здесь у подножья каменной лестницы, побывали тысячи граждан Союза ССР отдающих последние почести погибшим, под звуки сводного оркестра который не умолкает ни на секунду, вот уже несколько месяцев.
Правда. Память сердец. 30 мая 1965 года.
Дела навалились горой, так что даже секретариат пахал в три смены и без выходных.
В каком-то угаре проскочили месяцы подготовки к съезду, где почти единогласно, Мечников был избран Председателем Верховного Совета. Съезд КПСС, который состоялся через два месяца, по инициативе Мечникова принял решение избрать Генеральным Секретарём ЦК Семёна Константиновича Тимошенко, который принял после смерти Сталина руководство Орденом Красной Звезды.
По силе Александр давно был выше любого из энергетиков СССР, но нужно было ещё вникать во все дела Ордена, а на это у Мечникова совершенно не было времени.
Хотя его способ руководства давал свои результаты. Десять заместителей, по всем отраслям народного хозяйства в числе которых был председатель КГБ Александр Семёнович Феклисов, новый министр Внутренних дел Александр Михайлович Урусов.
Через месяц, когда ушла радиация с пепелища сталинской резиденции, там начали строить мемориал памяти. В большой скульптурной композиции были все люди погибшие в тот вечер, включая охрану и девушек-подавальщиц.
И только приехав на открытие мемориала, Александр понял насколько ему не хватало их всех. Насмешливой и острой на язык Крупской, Огромного как скала Сталина, въедливого и скрупулёзного Берии, Вечно сомневающегося Говорова, шумного и хлебосольного Мир Джафар Багирова… Всех.
Александр, не видя никого одним прыжком забрался на постамент памятника и прошёлся по площадке, где они стояли, словно беседуя о чём-то.
