Но новый руководитель КГБ с помощью ветеранов войны сначала почистил свой аппарат, а после крепко занялся милицией.
Временами, на местах, не обходилось без стрельбы и трупов, но через пять лет, ситуацию удалось переломить, и милиционер на предложение взятки шарахался словно лошадь от волка.
Вопрос кадров стоял остро как никогда. Сначала показала дно «свалка орденоносцев», после вычерпали перспективные руководящие кадры из низовых организаций, и в итоге Мечникову пришлось ехать на поклон к Зое Ивановне Воскресенской, которая в тот вечер уцелела буквально чудом.
Она контролировала прыжки с парашютом, и прыгнув последней угодила в шквальный низовой поток, и сломала ногу. Пока ждала целителя, пока тот приводил ей ногу в порядок, покушение уже состоялось.
Ленинская Техническая Школа, вопреки слухам не занималась подготовкой секс-шпионов, как утверждала жёлтая пресса буржуазных стран. По-сути это был техникум внешней разведки, где молодые люди получали начальное специальное образование в довольно специфической области человеческой деятельности.
Причём собственно техники и практики секса занимали там довольно скромное место, в основном чтобы научить ребят основам самоконтроля.
Но после эпидемии, фактически уничтожившей англо-саксонский мир, потребность в разведчиках сократилась на порядки, и Школа, переориентировалась на подготовку секретарей – телохранителей, ревизоров, и будущих управленцев.
Выпускники школы уходили в основном в Госконтроль, КГБ, и МВД, а Александру эти девочки и мальчики нужны были в гражданском аппарате, где и была самая жёсткая нехватка кадров.
"
"Полковник Воскресенская, которую Александр очень хорошо знал, приняла его со всеми почестями, даже выставив типа почётного караула, из молодых девчонок, затянутых в полевую форму без знаков различия, но с табельным оружием на боку.
– Красавицы. – Прокомментировал Мечников глядя на девушек в строю, и улыбнувшись проследовал за начальником школы.
Устроились в «кабинете приёмов» где уже стояли кресла, диваны и большой овальный стол на котором девушки, одетые в костюмы горничных, сервировали стол, и мило улыбнувшись сделали книксен[57], и вымелись наружу.
– Ну, жалуйся, товарищ Саша. – Воскресенская, как член группы Старых Большевиков, называла его по имени, но Александр в ответ именовал Зою Ивановну исключительно по имени-отчеству и по званию.
– А что тут жаловаться, всё же понятно. – Александр с благодарностью кивнул и взял чашку с чаем в руку, пробуя температуру.
