— Пока противник рисует карты наступления, мы меняем ландшафты, вручную. Когда приходит время атаки, противник теряется на незнакомой местности и приходит в полную не боеготовность. М? Так лучше?
— Ладно, пойдем внутрь, — потрепав по голове сына, произнес отец. — Ландшафты он менять задумал… затейник…
Вскоре должны были прибыть послы от Вильгельма. Уговаривать Россию вступить в войну. Предстояло обдумать стратегию переговоров, чтобы срубить с них как можно больше всего…
Эпилог
1701 год, декабрь, 2. Москва
— Но у нас столько нет! — воскликнул посол Вильгельма.
— Так найдите! — рявкнул Петр.
— Но как?
— Я почем знаю? Продайте бабушкин сервиз. — пожал он плечами. — Это — ваши проблемы. Воевать за ваши интересы я не собираюсь бесплатно.
— Но ведь Россия нуждается в выходе к Балтийскому морю!
— России много что нужно. Например, деньги.
— Карл собирался вас убить!
— Карл⁈ — воскликнул Петр и расхохотался. — Софья дала денег коменданту Риги. Но он ее обманул как базарную дурочку. Карл же об этом ничего не знал.
А знал бы — голову коменданту оторвал.
— Но… тот инцидент…
— Ради солдат, что честно несли службу, начинать войну может только обидчивый ребенок.
— Комендант Риги взял деньги!
— Но ограничился лишь тем, что не давал приказа пускать меня на укрепления. И, кстати, деньги. Мне дали денег для войны с османами. Я честно воевал. И разбил их. Карл не османы. Хотите, чтобы я его разбил? Платите. В конце концов это вопрос вашего выживания. Или вы не слышали, что Людовик планирует переправить его на острова?
— Что? — опешил посол.
— Не слышали значит… значит моя разведка лучше.
— Но это невозможно! Английский и голландский флот этого не допустит!
— Кстати о голландском флоте. Насколько мне известно, Людовик сделал уважаемым людям в Голландии предложение от которого, пожалуй, они не смогут отказаться.
— Вы… Нет! Этого не может быть!
— Вы не юная девица, а я не пылкий юноша и убеждать вас ни в чем не стану. Если вы у себя под носом такие вещи упускаете, то… — махнул рукой царь.
— Приходите завтра. Или послезавтра. Как деньги найдете.
С чем и вышел из помещения, оставив посла в растерянном виде.
— Если мой отец говорит, что разобьет шведа, значит это так. Всю Россию в ружье поставит и утопит его в крови, но разобьет, — тихо произнес доселе сидящий молча на диване царевич. На английском языке сказал, чтобы дополнительно расположить к себе в этой игре.
— Но у нас нету таких денег… — развел руками посол.
