Но скверно.
— Отчего же?
— Наши люди пишут, что русская армия такая же, что и прежде. Слабая. И он не прикладывает никаких усилий, чтобы ее улучшить.
— И на чем же основаны их убежденность?
— В 1697 году Питер выступил к взятию османской крепости Азов. Маленькой крепости на дальних рубежах. Султан укрепил гарнизон за счет крепостей Крыма. И там находилось около семи тысяч.
— Ого! Для маленькой крепости весьма и весьма прилично!
— Да, ваше величество. Но есть важная деталь. В те крепости отправляли всякий сброд.
Не годный не только к полевой службе, но и даже к крепостной, но на, допустим, австрийской границе. Там, где действительно нужно драться. Азов и Крым — глухой угол осман. И вот против них он выставил войско в семьдесят пять тысяч.
— О! — удивился король.
— И эта армия лишь измором сумела принудить ту маленькую крепость к капитуляции. Старые крепостные стены многовековой давности были тонкими и не способными держать удар даже легких пушек. Снаружи их прикрывал земляной редут.
И вот это убожество, не достойное и значимого промедления, Питер провел две кампании. Взял сию крепостишку. Но и то, лишь из-за усилий шотландского генерала Патрика Гордона, что стоял на русской службе. А перед тем воевал по всей Европе. Однако недавно он умер…
— Какая печаль… — равнодушно заметил Фридрих. — И твои люди думают, что Питер бесконечно слаб?
— Да. И именно с этим связаны его промедления. Взятие Азова и поездка по Европе позволили ему трезво оценить свои возможности.
— Значит, — повернулся король к другому человеку, сидящему чуть в стороне, — вы рекомендуете начинать войну, не дожидаясь готовности русского царя?
— Нет, ваше величество. — степенно ответил тот человек.
— Тогда я вас не вполне понимаю.
— У Питера нету доброй армии. Все эти десятки тысяч солдат — просто сброд. Но в здравомыслии ему не откажешь. Атаковать шведов сейчас слишком рискованно. В наших интересах выждать, пока они ввяжутся в войну за испанское наследство на стороне одной из коалиций.
И когда они там завязнут — ударить.
— Главное, ваше величество, чтобы шведская армия покинула Швецию. И не могла быстро в нее вернуться.
— Но он может атаковать нас через Голштинию. — возразил король.
— Для того, чтобы этого не произошло нам и нужен Август. Он со своей саксонской армией ударит Карлу в спину, если тот рискнет войти в Голштинию. Мы же со своей стороны лишь имитируем высадку в Сконе, перебросив туда один или два полка. Для шума.
