Комбриг

Начало Великой Отечественной войны. Казалось бы, ничто не может изменить эти полные трагизма дни и остановить накатывающийся на нашу страну коричневый молох.Но волею судьбы в решающей точке противостояния армий оказался человек со жгучим желанием не допустить повторения исторического сценария его бывшей реальности. Это Юрий Черкасов, попавший в тело своего деда ещё во время Финской войны.Сможет ли один человек изменить вектор истории — читайте в продолжении романа «Лёд и Пламя».

Москва! Да, именно здесь я нахожусь уже больше года и всё ещё никак не могу привыкнуть к этому факту.

Неторопливые трамваи, многочисленные автобусы, метро — кто бы мог подумать, что я когда-нибудь смогу это увидеть, смогу сколько угодно ходить по громадному этому городу, толкаться в людском водовороте и везде слышать родную русскую речь. Просто обалдеть! Столько людей, и ни одного гавкающего выкрика на немецком.

В эту, не по-апрельски холодную ночь, лёжа на своей койке в общежитии, я первый раз за прошедшее время задумался о себе, о своём месте в этом мире и о дальнейшей перспективе моей жизни.

В мыслях опять возник вопрос — как же так получилось, что меня перебросило в совершенно другую реальность, в тело моего деда. Но, как и в первые мгновения моего появления в этом мире — ответа не было. Оставалось снова предполагать, что это Божий промысел, и простому смертному не понять воли творца.

Хотя я думал, что Создатель вселил меня в тело деда с целью исправления трагических ошибок истории, чтобы не допустить страданий русского народа, какими они были в той, моей бывшей реальности.

Почему выбран я — неведомо. Ведь в прежнем мире я был обычным парнем, без особо выдающихся задатков. Единственным моим достоинством было то, что я всей душой хотел освободить мою родину от гнёта немцев, поэтому и входил в ряды русского сопротивления курсантом подпольной военной школы — Эскадрона. Моя бывшая реальность была страшным миром. Немцы, выигравшие Вторую Мировую войну, превратили нас, бывших граждан Советского Союза в бесправных рабов. Они обращались с нами хуже, чем со скотом. Любой немец, если у него возникало такое желание, мог сделать с любым из нас буквально всё, что захотелось его левой пятке.

Первоначально я решил, что смысл переноса моего сознания в тело деда заключался в уничтожении предателя русского народа — генерала Клопова. Но после того как я его подставил, и, в конечном итоге, он был расстрелян, ничего в моей судьбе не изменилось.