Комэск

Он имел немного оттопыренные уши и волосами был не так богат – коротенький ежик. С ним пришел худощавый жилистый старший лейтенант лет тридцати. По их движениям Северов предположил, что они рукопашники весьма высокого класса, так что скорее всего не летчики.

Тем временем комэск-1 подошел к Коробкову и стал что-то ему говорить, время от времени размахивая руками. Северов подошел поближе и стал ждать, когда командир полка сам его позовет. При его приближении комэск-1 развернулся к нему лицом и прекратил свой монолог, молча стоял и злобно смотрел на Олега.

– Подойди, чего там встал! В первую эскадрилью ты теперь не пойдешь!

– А дайте его мне, – попросил капитан лет тридцати, стройный блондин весьма аристократического вида.

– Бери! Младший лейтенант Северов, вы назначаетесь в третью эскадрилью!

И, не дожидаясь ответа, Коробков ушел в штаб, видимо, сильно переживал за Васю. Тот поплелся следом.

– Я комэск-3 капитан Ларионов Игорь Васильевич, – представился блондин. Его рукопожатие было крепким, а улыбка искренней.

– Северов Олег Андреевич.

– Завтракал?

Узнав, что Северов не завтракал и еще не разместился, Ларионов показал ему место в домике командного состава (летчики, имеющие выслугу менее четырех лет, согласно приказу НКО № 0362 от 22 декабря 1940 г., жили рядом в казарме) и повел Олега в столовую.

В эскадрилье должно было быть пять трехсамолетных звеньев, но из-за недостатка летчиков звеньев было три. Не успели они получить свой завтрак, состоящий из макарон с мясом и какао с булочкой, как к ним за столик присели замеченные Северовым ранее капитан и старший лейтенант.

Здоровяка капитана звали Олегом Петровичем Булочкиным, он был командиром БАО. Старлей назвался Денисом Авериным, командиром роты охраны.

– Скажи-ка, что ты имел в виду, когда сказал, что бить тебя вряд ли получится? – вдруг спросил Булочкин.

Пришлось сказать, что за себя он постоять сумеет, занимался рукопашкой довольно серьезно, можно сказать с душой.

– Мы тут тоже… хм… занимаемся понемногу.

И тут Северов, неожиданно для себя, сделал маленькое открытие. Сидел бы да ел, так вздумалось макароны похвалить, люблю, мол, макароны по-флотски. Сидящие рядом уставились на него, как будто он на китайском заговорил, потом Булочкин поинтересовался:

– Ты что, на флоте служил? Когда успел-то?

Олег, что называется, подзавис. Пришлось наплести про знакомого, который на флоте служил и макароны с мясом так называл, дескать, как на флоте.