Комната страха

В таком случае предлагаю засветло вернуться в Москву, чтобы уже там предаться порокам соответственно наклонностям каждого…

– Послушайте, господин Пивоваров! – с досадой сказал Гуров. – Ваше демонстративное легкомыслие меня раздражает. Мало того, что я вынужден, в сущности, заниматься откровенной ерундой, так я еще должен заниматься ею под аккомпанемент вашего словоблудия! Мне это надоело! Вообще, у меня складывается впечатление, что вы – первый, кто знает что-то о местонахождении Ликостратова, но по каким-то причинам предпочитает эту информацию скрывать.

Своему начальству вы можете морочить голову сколько угодно, но с нами этот номер не пройдет. Или вы перестанете морочить нам головы, или я обещаю вам солидные неприятности!

Лицо Пивоварова вытянулось, но это не было проявлением испуга. Референт был скорее удивлен до глубины души резкими словами Гурова.

– Вы на самом деле так думаете, полковник? – недоверчиво протянул он. – В том смысле, что я от вас что-то скрываю? Но это полная ерунда! Я с вами даже более откровенен, чем того требует необходимость.

Это ведь я подсказал вам наиболее верную линию поведения, которой вы не пожелали придерживаться. А теперь, зайдя в тупик, вы пытаетесь сделать из меня козла отпущения. Не очень-то это красиво!

– А мы тут не о прекрасном собрались рассуждать, – оборвал его Гуров. – К сожалению. Нам нужно решить, что теперь делать.

– А что тут делать, Лева? – пожал плечами Крячко. – В принципе, Николай Иванович прав – все, что могли, мы уже сделали. Даже получили информацию, что Ликостратов жив и здоров.

А где он мотается, это уже не наша забота. Тебя ведь не просили его найти? Конечно, можно было бы установить номер его машины, дать установку на посты ГАИ, но нужно ли это делать? У меня сложилось такое впечатление, что никому это особенно не нужно. Так, минутный каприз! Кстати, сколько, вы говорите, лежит уже туша? Неделю? Так ее можно уже спокойно выбросить. По-моему, для чучела она уже не годится.

– О том, что это каприз, я сразу говорил, – заметил Пивоваров.

 – И о том, что трофей уже прокис, я тоже намекал. И вообще все это не стоит выеденного яйца. Ей-богу, поедемте домой!

Гуров недовольно покрутил головой. Чувствовал он себя катастрофически глупо. Если в начале этой истории хотя бы имелся какой-то намек на криминал – исчез человек, – то теперь она и в самом деле не выходила за рамки частного недоразумения. Никуда никто не исчезал – просто уехал человек по делам, потом приехал и, возможно, уехал опять.