Я почувствовал к себе такое отвращение… И понял, что выход один – я покончу с собой, но так, чтобы уничтожить эту тварь, Седого. Я раздобыл взрывчатку…
– Этого я вам не скажу никогда, полковник. Даже не надейтесь. Лучше давайте говорить о том, что для вас действительно важно. А важно то, что Седой меня провел. Он встретил меня в подъезде моего собственного дома, в тот момент, когда я меньше всего этого ожидал.
– Мы производили съемку всех, кто входил в ваш подъезд, – сказал Гуров. – Потом покажете нам, кто на этих снимках Седой.
– Ничего, – усмехнулся Ямщиков. – Он вырвал мне зубы. Я еще был не готов. А он больше не намерен со мной встречаться. Завтра вечером я должен представить его помощнику краденую документацию, иначе…
– Понятно, – кивнул Гуров. – А что вы делаете возле посольства одной маленькой, но дружественной африканской страны?
– У меня есть основания думать, что Седой находится за стенами этого посольства, – сказал Ямщиков. – Не знаю, может быть, я рассчитывал на случайную встречу.
– Седой сам вам сказал, что живет в посольстве?
– Нет… То есть да, сказал…
– Лев Иванович, – вмешался Жмырин. – Ребята у него в кармане вот что нашли. Паспорт гражданина как раз этой страны. Вот он. Фотография вроде не похожа…
Гуров взял паспорт, пролистал его и с интересом посмотрел на Ямщикова.
– Алексей Петрович, вы вчера ездили в район Бутова?
– А откуда у вас этот паспорт?
– Предпочитаю не отвечать на этот вопрос.
– Тогда я отвечу, – сказал Гуров.
Ямщиков с отвращением посмотрел на паспорт, который держал Гуров, махнул рукой и ответил:
– Теперь один черт! Я заметил этих идиотов, когда выехал за Кольцевую.
– У вас и пистолет есть? – удивился Гуров. – Помнится, вы говорили что-то об охотничьем ружье?
– Пистолета уже нет, – хладнокровно сказал Ямщиков. – Я его выбросил. Как оказалось, совершенно напрасно. Седой был у меня в руках, и я упустил этот момент.
– Что касается меня, то я очень рад такой неудаче, – заметил Гуров. – Самосуд я не одобряю в принципе.
