– Чучела вместе набивали, что ли?
– Да не знаю я, – отвел взгляд Плетнев. – Только вряд ли Жилов чучелами стал бы заниматься. Ты у него самого спроси. Он сейчас у нас в обществе охотников заместителем председателя правления. Только про меня не говори, неудобно все-таки. Скажет, трепло этот Лешка Плетнев!..
– Постараюсь, – пообещал Гуров. – Ну, я пошел. Передавай привет своим ученикам. С тобой они наверняка чемпионами станут.
Гуров не стал больше задерживаться ни минуты и поехал обратно, чрезвычайно сердитый на самого себя и на диковатого преподавателя физкультуры, из-за которого эта поездка едва не закончилась потасовкой.
Но здесь тоже не все сходилось. На дворе уже была почти ночь, а телефон Гурова молчал. Выходит, до сих пор никто так ничего и не предпринимал? Было из-за чего злиться и нервничать.
И все-таки интуиция не подвела Гурова. Когда он пересек границу Москвы, его телефон ожил, и Стас Крячко, выяснив, где сейчас находится Гуров, деловито сообщил:
– Лева, ты как раз вовремя.
– Ах, черт! Как это некстати! – выругался Гуров. – Ну надо же было Петру позвонить в ГАИ, объяснить, что идет операция. Добиться, чтобы отпустили Пивоварова. Срывается же все!
– Вообще-то я позвонил, – скромно сказал Крячко. – И Петр там надавил. Короче, отпустили Пивоварова – только что…
– Что же ты размазываешь кашу по тарелке?! – рассердился Гуров.
