Не нам ставить ее перед моральным выбором, сделать который, возможно, не в ее силах. Ей нужны эта работа и этот коттедж — вот так.
— Вы имеете в виду, что она может пойти на компромисс?
— Когда многое поставлено на карту, люди часто идут на такое. Даже самые добродетельные из них.
12
Последний на этой неделе семинар подошел к концу. Было пять часов вечера. Сидевшая напротив Эммы студентка было сегодня одна. Ее подруга слегла с гриппом — первая жертва в новом триместре. Эмма горячо надеялась, что это не начало эпидемии.
Ширли не спешила уходить. Эмма искоса глянула на девушку: та ерзала на стуле, опустив глаза, сжимая лежащие на коленях маленькие, неуклюжие руки. Подавленность была слишком явной, чтобы проигнорировать ее. Эмма обнаружила, как про себя молится: «Господи, пожалуйста, не позволяй ей требовать от меня слишком многого. Не сейчас. Пусть это будет недолго».
Ей необходимо успеть на поезд, отходящий в половину седьмого; Адам встретит ее в три минуты восьмого на Кингс-кросс. Она с ужасом ждала телефонного звонка, сообщающего, что у него ничего не получится, но он не звонил.
Такси Эмма заказала на половину шестого, с запасом, в расчете на пробки. Маленький чемодан был уже собран. Складывая ночную рубашку и халат, она улыбалась, представляя, как Клара, увидь ее, заявила бы, что подруга готовится к медовому месяцу. Она отогнала образ высокой темной фигуры, ждущей ее у турникетов, и спросила:
— Вас что-то беспокоит?
Девочка посмотрела в глаза преподавательницы:
— Другие студенты думают, будто я здесь потому, что ходила в общую школу.
Они полагают, что государство заплатило Кембриджу и меня взяли. Поэтому я здесь, а не потому, что я умная.
— Кто-нибудь вам такое говорил? — резко спросила Эмма.
— Нет, никто. Никто ничего не говорил, но они так считают. Об этом пишут в газетах. И они знают, что так бывает."
"— В этом колледже так не бывает, и с вами так не было. Ширли, это просто-напросто неправда. Послушайте меня, это важно. Правительство не указывает Кембриджу, как ему набирать студентов.
Если бы оно попыталось так сделать — любое правительство, — Кембридж не обратил бы внимания. Какой нам смысл брать кого-либо, руководствуясь при этом не его умом и задатками, а чем-то другим? Вы здесь потому, что заслуживаете этого.
Голос Ширли был таким тихим, что Эмме пришлось вслушиваться, чтобы понять.
— Я не чувствую себя достойной.
— Ну подумайте же, Ширли. Ученый мир интернационален, там высокая конкуренция.
