Часто моргая, принуждая себя успокоиться, Талли думала: так всегда бывает, если умирает кто-то из тех, кого мы знаем. Мы всегда немного горюем о самих себе. Но сейчас ее скорбь была не о том, что она и сама смертна, — горе выглядело частью какого-то более общего чувства, которое у нее вызывал этот мир, в котором столько красоты, столько страха, столько злобы.
Голос Кэролайн стал твердым, начальственным и странно успокаивающим.
— Отлично, Талли! Вы все сделали правильно. Я приеду. Буду где-то через полчаса. Я уже выхожу.
Положив трубку, Талли задумалась. Должна ли она звонить Мюрел? Если бы мисс Кэролайн считала, что та должна быть здесь, разве она не сказала бы сама об этом? Впрочем, Мюрел будет уязвлена и рассержена, если Талли не позвонит. Она не могла себе позволить пойти на конфликт с мисс Годбай, и та была, в конце концов, человеком, благодаря которому музей работает. В выходные пожар наверняка попадет в местные новости. Конечно, попадет. Новости вроде этой всегда распространяются быстро. Мюрел имеет право узнать обо всем прямо сейчас.
Талли набрала номер, но там было занято. Она попробовала еще раз. Если Мюрел говорит по телефону, она не подойдет к мобильному, хотя попробовать стоило. После четвертого звонка она услышала голос Мюрел. Талли успела только представиться, как Мюрел сказала:"
"— Почему вы звоните на мобильный? Я же дома.
— Вы говорили по телефону.
— Нет, не говорила. — Помолчав, она сказала: — Подождите, пожалуйста, у телефона. — И после еще одной паузы, покороче, Мюрел произнесла: — Плохо лежала трубка.
В чем дело? Где вы?
Мюрел казалась рассерженной. «Она ненавидит, когда ее уличают даже в незначительной оплошности», — подумала Талли.
— В музее. Мои вечерние занятия были отменены. Боюсь, у меня есть для вас ужасные новости. В гараже случился пожар, машина доктора Невила находится там. В ней чье-то тело. Кто-то сгорел. Боюсь, это доктор Невил. Я вызвала пожарных и сообщила обо всем мисс Кэролайн.
На этот раз молчание оказалось более долгим. Талли спросила:
— Мюрел, вы здесь? Вы расслышали?
— Да, я расслышала.
Это чудовищно! Вы уверены, что он мертв? Вы могли его вытащить?
Вопрос прозвучал нелепо.
— Никто не смог бы его сласти.
— Это наверняка доктор Невил!
— Кто еще мог оказаться в его машине? Правда, я не уверена. Я не знаю, кто это. Знаю лишь, что он мертв. Вы хотите приехать? Я подумала, что вы желали бы обо всем знать.
— Конечно, я приеду. Я была в музее последней и должна сейчас быть там. Я приеду как можно скорее.
