Компаньонка

Если бы на месте Элеоноры была какая-нибудь другая леди из числа его знакомых, он даже не стал бы рассматривать вопрос о том, можно ли ее везти в ту часть города. Но она не относилась к категории таких женщин. Она не упадет в обморок при виде пьяного владельца таверны или проститутки, которая зазывает посетителя в подворотню. Под охраной Дженкса, Хитчинза и его самого она будет в полной безопасности.

— Ну хорошо, — согласился он наконец, — только дайте слово, что вы останетесь в карете, пока я буду разговаривать с Иббиттсом.

— Но я смогу вам чем-нибудь помочь! — возразила Элеонора.

— Вы не войдете в жилище Иббиттса, и это мое последнее слово!

Элеонора не выглядела слишком довольной, но спорить не стала.

— Мы попусту теряем время, сэр.

— Вы правы. — Он подвинулся на сиденье. — Присоединяйтесь к нам, Хитчинз.

— Да, сэр. — Хитчинз взобрался в карету и сел рядом с ним.

Артур назвал Дженксу адрес. Затем убавил свет в лампах внутри кареты и задернул шторы, чтобы никто из проезжающих мимо не мог увидеть Элеонору.

— Это была блестящая идея — поручить Хитчинзу наблюдать за Иббиттсом — воскликнула она.

Артур едва не улыбнулся. Ему было приятно слышать восхищение в ее голосе, хотя в этом и не было никакого смысла.

Глава 22

Минут через тридцать карета остановилась на темной улице, где находилось жилище Иббиттса. Элеонора оказалась права, подумал Артур, выходя вслед за Хитчинзом из кареты. Если бы он провожал ее до дому, он потерял бы не меньше часа.

Прежде чем закрыть дверцу, он напомнил ей о ее обещании оставаться в карете.

— Будьте осторожны, Артур, — попросила его Элеонора. Лицо ее казалось бледным в тени, которую отбрасывал капюшон ее домино. — Мне что-то не нравится это дело.

Тревога в ее голосе его удивила. Вплоть до последнего момента она казалась спокойной и вполне уверенной в себе. Эта нервная реакция была на нее не похожа.

— Не беспокойтесь, — произнес он негромко. — Дженкс и Хитчинз присмотрят за вами.

— Я беспокоюсь не о себе.

— У меня есть пистолет.

— Пистолеты имеют привычку давать осечку в самый неподходящий момент.

Тревога совершенно не характерна для нее, подумал Артур. Но сейчас не было времени выводить ее из этого состояния. Проще было ее успокоить.