Компаньонка

Он очень любезен, подумала она. Но они оба понимали, что пропасть между инвестициями джентльмена и обычной торговлей слишком широка и глубока. Для влиятельного человека вполне прилично покупать акции судоходной или домостроительной компании. И совсем иное дело — для человека знатного происхождения сделаться собственником лавки.

Тем не менее весьма приятно было уже то, что у Сент-Меррика, судя по всему, ее планы не вызвали ни малейшего осуждения. К тому же он сумел ей показать, что он не из тех, кто презирает торговцев.

Он слегка наклонил голову, соглашаясь с ее намерениями;

— Очень хорошо, мисс Лодж. В таком случае будем считать, что наша сделка состоялась?

Разумеется, Элеонора согласилась, на что он, конечно, и рассчитывал. У нее оставалось лишь одно сомнение, оно касалось той роли, на которую она соглашалась, но она безжалостно его отмела. Это был первый приятный поворот в ее судьбе с того ужасного дня, когда кредиторы отчима ступили на ее порог.

С трудом сдерживая восторг, Элеонора улыбнулась:

— Да, милорд, состоялась.

Сент-Меррик несколько секунд смотрел словно завороженный на ее губы. Затем слегка тряхнул головой и нахмурился. У Элеоноры сложилось впечатление, что он был раздосадован, но не ею, а самим собой.

— Если мы хотим достичь нашей цели, — проговорил он сухо, — я думаю, вы должны научиться называть меня Артуром.

Это будет непросто, подумала она. В нем было некое сдерживающее начало, которое делало подобную фамильярность просто недопустимой.

И лишь когда Элеонора оказалась на улице, торопясь доехать до городского дома миссис Иган, чтобы сообщить ей потрясающую новость, как то сомнение, что таилось у нее в душе, завладело ею целиком.

Дело было не в грозном темпераменте графа и не в его неординарном плане продемонстрировать ее высшему обществу в качестве невесты.

Беспокойство объяснялось тем, что ее должность казалась ей слишком хорошей, чтобы в нее можно было поверить, а это рождало мысль, что Сент-Меррик не сказал ей всей правды.

Он что-то держит в секрете, размышляла она. Ее интуиция подсказывала, что план Сент-Меррика включает в себя нечто более опасное, чем просто инвестиционный консорциум.

Но его личные дела были не ее заботой.