Бонни допытывалась у меня днем и ночью, с кем же я встречаюсь. Мне неловко от того, что я скрываю от нее Купера. В конце концов она же была со мной, когда все это началось. Однако я понимаю, что подобное знание в чужих руках – это оружие. И я не уверена, что готова заряжать эту пушку.
Я: Городской парень по-прежнему мой маленький грязный секретик.
Бонни: ЛАДНО! Тогда и мой тоже.
Две секунды спустя она пишет снова.
Бонни: Кого мы обманываем? Мы обе знаем, что я не умею хранить от тебя секреты. Его зовут Бен, и он красавец.
Далее она делает скриншот изображения из «Инстаграма», на котором изображен высокий парень с лицом скандинавского бога.
Я: Класс. Повеселись.
Бонни: О, не сомневайся. Увидимся завтра!
Я кладу телефон на тумбочку и беру учебник по антропологии. Сегодня вечер понедельника, и, хотя я предпочла бы сейчас оказаться голой в постели Купера, мы уже провели вместе все выходные. Поэтому я заставляю себя остаться сегодня в общежитии. Не только для того, чтобы заняться своей курсовой работой, но и потому, что слишком много времени вместе может привести к выгоранию, и последнее, чего я хочу, это чтобы Купер устал от меня.
Видит Бог, я совершенно не устала от него. По моим скромным подсчетам, я провожу три полных часа в день, фантазируя о нем.
Итак, как хорошая девочка, я заканчиваю все задания по антропологии и биологии, пишу план для работы по английской литературе и ложусь спать в очень разумное время – десять сорок пять.
Увы, хороший ночной сон, на который я надеялась, не приходит.
"
"Около двух часов ночи меня грубо будят три телефонных звонка подряд от Эвана. Затем следует текстовое сообщение: «Забудь об этом. Не чрезвычайная ситуация».
Если бы кто-то еще звонил мне посреди ночи, утверждая, будто это не экстренный случай, я бы сразу же послала их к черту. Но тот факт, что это Эван, заставляет меня задуматься. Мы только недавно обменялись номерами, после той ночи с грозой, когда у меня не было возможности до него дозвониться. Поэтому я почти уверена – он не злоупотреблял бы телефонными привилегиями, если бы это действительно не было чрезвычайной ситуацией.
Или, по крайней мере, хотя бы наполовину ужасной ситуацией.
Я убираю волосы с глаз и перезваниваю ему.
– Ты в порядке? – спрашиваю я, когда он отвечает.
– Не совсем. – В его словах чувствуется напряжение.
– Где ты?
– Рядом с «Шарки’c». Ты можешь приехать за мной? – бормочет он. – Я знаю, что уже поздно, и на самом деле я не собирался звонить, но…
– Эван, – перебиваю я.
