Кому верить?

Олаф посмотрел на оценщика, накрыл своей рукой, схожей с лопатой, золото и начал сгребать всё обратно.

Северянин начал медленнее собирать украшения. Цена выросла ещё немного, и это уже было значительно больше, чем в ювелирном салоне, но странный торг продолжался. Когда стоимость оказалось чуть больше равной половине, уплаченной за изделия когда-то, тогда мужичок отвернулся, давая понять, что это была последняя цена, и он готов отпустить клиентов.

Олаф проявив положенное недовольство, согласился. Графиня тоже сверкала глазами, как договаривались, гоня горькие мысли о том, что на чёрный день по большому счету, оказалось, вкладывать деньги в украшения невыгодно, но была рада, что вопрос оплаты услуг северян снят.

 Горстку золотых украшений из золота высочайшей пробы заменил полный мешочек золотых монет, которые, наверное, только цвет имели золотой, а что в этом составе преобладало, давно уже было не ясно, но монеты были настоящие, а их состав, это проблема государства.

На следующий день, договорившись с хозяевами гостиницы обо всём, что касалось Вита, оставив тому не только письмо с подробными указаниями, но и заручившись помощью владельцев в плане доставки пацана в имение, семейство покинуло город.

В пути, кроме трудностей и ухудшающегося здоровья леди ничего не происходило, во многом благодаря сопровождению. Лишь однажды Ксения с мальчишками перепугалась до обморока, когда навстречу им попались герр Ингвар с своими людьми. Олаф посторонился с дороги, а леди постаралась сжаться в комочек, лишь бы на неё не обратили внимания.

Была в этой встрече и приятная сторона. Значит, имение свободно и Лейф сделал то, что пообещал. Пусть он буквально выплюнул своё благодеяние, выказывая всяческое недовольство, но у неё с детьми теперь есть дом и какое-никакое покровительство, а по нынешним временам это много.

До имения леди Орис не доехала чуть. Олаф вынужден был послать воина в особняк за господином Фиделем. Бесконечная тряска заметно ухудшила проходящую неспокойную беременность, и Ксения, опасаясь непоправимого, сделала передышку.

Лекарь появился через пару дней. Леди уже не вставала с постели, пугая детей своим состоянием. Как только господин Фидель поработал с женщиной, так она сразу поднялась на ноги, подтверждая слова городского лекаря. Обстановка вокруг Ксении разрядилась. Сопровождающим северянам, как ни приятна была молоденькая женщина, но возиться с ней больной не хотелось.