Сотни людей могут пользоваться в это же самое мгновение нашей капсулой, перемещаясь (если только можно так выразиться) в разных направлениях Времени, проходя один сквозь другого и так далее. Законы обычного мира неприменимы к Колодцам Времени.
Губы Купера изогнулись в лукавой улыбке, и Харлан смущённо подумал: «Парнишка изучает Темпоральную механику и знает об этих вещах гораздо больше меня. Мне бы лучше помалкивать, незачем строить из себя дурака».
Угрюмо замолчав, он принялся разглядывать Ученика. За прошедшие месяцы усики Купера выросли и свисали теперь книзу по так называемой Маллансоновой моде.
Изобретатель Темпорального поля Виккор Маллансон на единственной подлинной и очень скверной фотографии был изображен с точно такими же усиками; по этой причине они пользовались среди Вечных большой популярностью, хотя мало кому шли.
Глаза Купера были устремлены на циферблат, где быстро сменявшие друг друга числа отмечали номера Столетий, сквозь которые они проносились.
— Как далеко в будущее тянутся Колодцы Времени? — спросил вдруг Купер.
— Неужели ты ещё не проходил этого?
— Я почти ничего не знаю о капсулах.
Харлан пожал плечами:
— Вечности нет конца. Колодцы тянутся беспредельно.
— А вам случалось бывать далеко-далеко в будущем?
— Дальше нашего Сектора — ни разу. Вот доктор Твиссел — так тот был даже в 50 000-м.
— Разрази меня Время! — прошептал Купер.
— Это ещё пустяки. Некоторые Вечные бывали даже за 150 000-м.
— Ну и что там?
— А ничего, — угрюмо ответил Харлан, — полно всяких тварей, но разумных существ нет.
Человечество исчезло.
— Вымерло? Уничтожено?
— Не думаю, чтобы кто-нибудь мог ответить на этот вопрос.
— А разве никак нельзя изменить это?
— Видишь ли, начиная с 70 000-го и дальше… — начал было Харлан и осекся. — Послушай, Время нас побери, давай лучше поговорим о чём-нибудь другом."
"Существовала тема, к которой Вечные относились чуть ли не с суеверным страхом. По молчаливому соглашению они избегали разговоров о «Скрытых Столетиях» (так назывался период Времени между 70 000-м и 150 000-м).
Своими скудными познаниями Харлан был обязан лишь тесному сотрудничеству с Твисселом. Наверняка известно было только то, что ни в одном из тысяч этих Столетий Вечные не могли проникнуть во Время. Двери между Вечностью и Временем были непроницаемы. Почему? Этого не знал никто.
Твиссел как-то заявил с усмешкой:
— Когда-нибудь мы и до них доберёмся. А пока нам вполне хватает хлопот с семьюдесятью тысячами Столетий.
