Правда, я не хочу, чтобы вы действовали лишь из страха перед неприятностями. Хочу кое-что предложить вам. Вы доставляете Уэндел, мы строим сверхсветовой звездолёт, он летит к Звезде-Соседке, и вы на нём — если не передумали.
— Сделаю всё, что в моих силах, — ответил Фишер, — и не потому, что ожидаю награды или боюсь наказания.
— Великолепный ответ. — Лицо Танаямы изобразило некое подобие улыбки. — И, вне сомнения, я хорошо запомню его.
И Фишер ушёл, прекрасно понимая, что его ждёт новая рыбалка, куда более серьёзная, чем предыдущие.
Глава 15
Лихоманка
31
За десертом Эугения Инсигна улыбнулась Генарру.
— Похоже, вы здесь прекрасно живёте.
— Прекрасно, но несколько замкнуто, — улыбнулся в ответ Генарр. — Мы живём в огромном мире, но Купол нас ограничивает. Люди здесь не приживаются. Появляется интересный человек и самое позднее через два месяца исчезает. Поэтому здесь, под Куполом, живут скучные люди, впрочем, сам я кажусь всем, наверное, ещё более скучным. Так что ваше с дочерью появление представляет интерес для головидения — даже если на вашем месте был бы кто-нибудь другой…
— Льстец, — грустно промолвила Инсигна, Генарр откашлялся.
— Марлена предупреждала меня, чтобы я… ну ты понимаешь, что ты не…
Инсигна вдруг перебила его:
— Я бы не сказала, что заметила особое внимание головизорщиков.
Генарр сдался.
— Ладно, — сказал он. — Просто у меня такая манера разговаривать. На завтрашний день назначена маленькая вечеринка, там я тебя официально представлю и познакомлю со всеми.
— Чтобы все могли обсудить мою внешность, костюм и перемыть мне все косточки.
"
"— Трудно сомневаться, что они откажут себе в этом удовольствии. Но Марлена тоже приглашена, и я уверен, что от неё ты узнаешь о нас больше, чем мы о тебе. Источник самый надёжный.
Инсигна вздохнула.
— Значит, Марлена всё-таки дала представление?
— Ты хочешь сказать, усвоила ли она «язык» моего тела? Да, мэм.
— Я не велела ей делать это.
— По-моему, она просто не в состоянии удержаться.
— Ты прав. Это так.
Но я просила её не рассказывать об этом тебе. И вижу, что она ослушалась меня.
— Нет. Я приказал ей. Просто приказал, как командир Купола.
— Ну тогда извини — это такая докука.
— Да нет же, не для меня. Эугения, понимаешь, твоя дочь мне понравилась. Очень. Мне кажется, что она несчастна — всё понимает и никому не нравится. Все не вызывающие любви добродетели отпущены ей в полной мере. А это несладко.
— Хочу тебя предупредить. Она надоедлива — ей всего пятнадцать.
