И теперь она сидела в его кабинете, опытным взглядом подмечая, как комиссар постарел за последние несколько лет. Конечно, ведь по работе ей незачем было часто видеться с ним.
Однако голос комиссара был по-прежнему сильным, взгляд — острым, движения — энергичными.
— Я получил ваш отчёт о том, что произошло вне Купола, — начал Питт, — и одобряю осторожность, проявленную вами при анализе ситуации. Но теперь — не для протокола, между нами — скажите, что там случилось с Генарром? Комната заэкранирована, можете говорить без опаски.
— Боюсь, что мой отчёт при всей его осторожности всё-таки правдив и точен, — сухо ответила Д’Обиссон. — Мы не знаем, что произошло с командиром Генарром. Сканирование мозга выявило некоторые изменения — незначительные и ранее не замеченные нами. К счастью, они оказались обратимыми — всё быстро пришло в норму.
— Но ведь что-то с ним всё же случилось?
— Именно — что-то. В этом вся беда: мы так и не поняли, что это было.
— А не лихоманка ли это в какой-то новой форме?
— Ни одного из наблюдавшихся прежде симптомов нами не обнаружено.
— Но когда лихоманка только начиналась, сканирование осуществлялось весьма примитивным способом. Раньше вы могли просто не заметить такие симптомы. К тому же это может быть новая форма лихоманки.
— Не исключено, однако ничто не свидетельствует об этом, да и Генарр, совершенно очевидно, находится в здравом уме.
— Точнее, вам кажется, что это так, но нельзя гарантировать, что приступ не повторится.
— У нас нет причины допускать возможность повторения.
Лёгкое нетерпение пробежало по лицу комиссара.
— Не спорьте со мной, Д’Обиссон. Вам прекрасно известно, что Генарр занимает весьма важный пост. Ситуация в Куполе постоянно внушает опасения: мы не знаем, когда может произойти рецидив лихоманки. Мы считали, что Генарр невосприимчив к ней — теперь в этом нет уверенности. Раз такое случилось, следует приготовиться к тому, что ему придётся уйти.
— Решать вам, комиссар. Лично я считаю, что такой необходимости нет.
— Но, я надеюсь, вы внимательно следите за ним и учитываете подобную перспективу?
— Это входит в мои врачебные обязанности.
— Хорошо. Имейте в виду: если отставка Генарра состоится, то на его место я пока наметил вас.
— Меня? — Лёгкая радость промелькнула на её лице и исчезла.
— А почему бы и нет? Все знают, я никогда не одобрял заселения Эритро. Я всегда считал, что люди должны быть мобильными и нельзя привязывать себя к большой планете.
