Если прибор что-то обнаружит, то этим «что-то» будут не металлы, не скалы, не лёд, не какие-нибудь газовые облака…
— А отсюда нельзя попробовать? — нерешительно спросил он.
Она качнула головой:
— Нет, надо подойти поближе. До звезды нам ещё шлёпать и шлёпать. Около года. Но как только капитан удовлетворится сведениями о Звезде-Соседке, которые можно собрать здесь, мы сделаем ещё один переход. Так что я надеюсь, что самое большее через пару дней мы окажемся примерно в двух астрономических единицах от Звезды-Соседки.
Там я наконец-то смогу приступить к работе. Надоело чувствовать себя балластом.
— Да, понимаю, — сухо отозвался Фишер.
По лицу Мерри пробежало смятение.
— Извините, Крайл. Я имела в виду только себя.
— Ничего. От меня всё равно толку не будет, на каком бы расстоянии от неё мы ни находились.
— Ваша работа начнётся, когда мы обнаружим разум. Вы наверняка сумеете договориться с роторианами — всё-таки вы немного и поселенец.
— Я был роторианином всего несколько лет, — грустно улыбнулся Фишер.
— Но этого достаточно — так ведь?
— Посмотрим… — Он изменил тему разговора: — А вы уверены, что нейродетектор сработает?
— Безусловно. Любое поселение можно будет обнаружить по испускаемым им плексонам.
— Мерри, что такое плексоны?
— Я так назвала комплексы, излучаемые мозгом млекопитающих. С небольшого расстояния мы можем обнаружить даже лошадей, а уж скопление человеческих существ будет заметно даже на астрономических расстояниях.
— Значит, плексоны…
— От слова «комплексы». Когда-нибудь — вот увидите — исследованием плексонов займутся, чтобы не только обнаруживать жизнь, но и изучать глубинное строение мозга.
У меня уже и термин придуман — «плексофизиология», а может быть, «плексонейроника».
— Какая разница?
— Действительно. Однако термин позволяет говорить кратко и обходиться без фраз типа «наука, которая исследует связь между тем-то и тем-то». А сказал: «плексонейроника» — пожалуй, так лучше, короче — и всё понятно. И сэкономлено время для более важных вопросов.
Ну и… — Она смолкла.
— Что «ну и»?..
Мерри быстро заговорила:
— Если я придумаю название и оно окажется удачным, то одного этого мне хватит, чтобы попасть в историю науки. Все будут знать, что слово «плексон» было изобретено Меррили Огиной Бланковиц в 2237 году во время первого сверхсветового полёта звездолёта «Сверхсветовой». Иначе в историю мне не попасть.
— Мерри, а что, если вы обнаружите свои плексоны, а людей там не окажется и в помине? — осведомился Фишер.
