Надо спешить! А то – мало ли, чем закончится еще какое-то время с ним наедине в этом кабинете!
Почти даже не обращаю внимания на злобные неободрительные взгляды, которые мечет в меня Пиранья Пидрастовна, пролетая мимо нее. Мне срочно нужно в душ! Но сначала – отдышаться!
Так и поступаю, едва оказавшись на воздухе и отойдя от дома. Уперевшись спиной в кованные ворота, прикрываю глаза, дыша так жадно, как будто бы миллион километров только что пробежала. И ноги подкашиваются почему-то точно так же… Что я там говорила о дальних путешествиях на каблуках в экстримальных условиях метро и пеших прогулок? Это все – фигня по сравнению с парой минут в том кабинете!
- О, Боже, - тихо выдыхаю я, когда дыхание и пульс приходят, наконец, в норму.
– Я устроилась помощницей к самому настоящему альфа-самцу, хотя и не думала, что такие бывают! И, если я едва выдержала несколько минут в ним наедине в его кабинете, то как мы будем вместе работать?
Но почему-то разлившаяся на все лицо глупая улыбка говорит мне о том, что где-то в глубине души я почему-то ни капельки не боюсь того, что меня может ожидать в будущем с таким начальством! И то самое естество, которое в ее глубине, очень даже радо!
Вздохнув от этого несоответствия морали и сущности, я достаю мобильный.
На новый подвиг в виде путешествий до дома я сегодня явно не готова. А ведь мне еще вставать так рано, как не вставала никогда!
- Митяяя, - вымученно стону я в трубку, едва мой нестандартный друг отзывается, благо, почти сразу.
– Забери меня отсюда…
«И еще – привези меня сюда завтра ни свет ни заря», - добавляю мысленно. Но огорошивать такими просьбами друзей нужно не сразу, а поэтапно. Сообщу ему об этом, когда мы будем уже у моей квартиры!
И все-таки мне везет, - потому что Митя оказывается неподалеку и уже минут через пятнадцать я слышу рев его спортивного желтого Порше, а после уже запрыгиваю вовнутрь, не забыв чмокнуть моего спасителя в щеку. Интересно, - и как его пропустили на эту закрытую территорию?
Вообще, Митя не такой, как все обычные из нестандартной ориентации.
Не жеманная барышня в мужском обличье, напоминающая нежный и ранимый цветочек, а очень даже мужественный мужик, со ста двадцатью килограммами чистых мышц и весь в татуировках. Повстречай я такого где-нибудь в темном переулке, даже бежать бы не попыталась и только бы, наверное, сползла бы вниз по стеночке от страха. Но парень он душевный и настоящий друг.
