А то напахну еще своим рабочим запахом на эти ароматные простыни… Ароматные, кстати, - чем?
Ум… Пачули, кажется… И ледяная свежесть… И легкий шлейф миндаля, от которого так сладко кружится голова….
=25
Аскольд.
Невыносимая девчонка!
Просто – невыносимая!
Пять минут общались, - а весь мозг мне таки вынесла!
И почему из-за нее у меня важные документы пляшут буквочками перед глазами, складываясь в упругие сладкие полушарики?
Вон, даже пятна краски печатной, как специально превращаются в две вишенки, так дерзко проступающие через топ Карамельки!
Фак!
Ничего не соображаю, тупо пялясь в брошенные мне стопкой на колени Юркой документы, а перед глазами то соски ее, - такие приподнятые, что пальцы сами на них укладываются, чтобы сжать, то губки эти – карамельные, сладкие, - уверен просто, иначе – с чего Карамелька их постоянно облизывает? И язычок ее этот… Стояк – просто бешеный, кровь как уплюхала вниз, так и не думает возвращаться обратно.
Никого, в общем, вверху нет дома! Потому что так и чувствую внизу прикосновения ее розового язычка.
Да так, что прям спазмом скручивает!
- Эй, ты хотя бы слово из того, что я тебе все дорогу объясняю, слышал? - Юрка толкает меня в плечо, и я с сожалением обнаруживаю себя в машине, а не в страстных всасывающих меня по самые яйца, губах Карамельки!
- Да что с тобой? – Юрец недоуменно смотрит, как я, с явно потерянным видом, запускаю пальцы в волосы. Да, я потерял. Такое наслаждение сказочное потерял! И вообще, - не появись он так не вовремя, все бы у нас случилось! Прямо в том же душе!
Вот просто уверен, - а иначе зачем она меня туда тащила?
И так пялилась неотрывно туда, где ничего не было особо скрыто полотенцем?
Все Юрка испортил!
- Эй, база вызывает голову! Аск! Перестань плавать в своих ролевых играх с горничной, выныривай уже давай! Хватит представлять себе, как она моет, наклонившись, пол, в своей трещащей по швам юбке! Девок надо оставлять там, где они остались! А нам о делах думать нужно!
Ну, - и вот зачем он это сказал?
Теперь в моей воображении Карамелька разворачивается ко мне спиной, и, наклонившись до самого пола, упирается в меня тугими обтянутыми узкой юбкой полушариями! И этих сводящих с ума шариков становится в два раза больше!
- Але! Аск! Мне кажется, мы тебя теряем! – друг начинает уже трясти меня на рукав пиджака, - настойчиво и требовательно.
