Конец сказки

Владимирский князь строго-настрого запретил мешать заседанию, и никто иной его приказа не нарушил бы. Но скоморох Мирошка… какой спрос с юродивого? К нему Всеволод относился снисходительно, желая иногда все же слышать неприятную правду.

Когда она исходит из уст дурака, то не так обидна.

– Что там за напасть на мою голову? – процедил сквозь зубы князь, накидывая корзно. – Вот не дай бог сызнова те бабы с саблями дорогу спросить явились!

Зимнее нашествие поляниц Всеволоду крепко запомнилось. Богатырки из полуденных степей целый день гарцевали подле владимирских стен, гикали зычно, глазки его ратникам строили.

Воевода Дунай аж истомился – все просил князя выпустить его с дружиною на ворога.

Уж он бы им!.. уж он бы их!..

Но Всеволод запретил. Решил, что с бабами воевать – сраму потом не оберешься. Просто выслал к ним бирюча, спросил, чего надо. Узнав, что едут мимо, ищут Тиборск – с легким сердцем указал дорогу. Пускай о них у Глебки голова болит.

Интересно, добрались ли?

Но сейчас Всеволод с радостью бы снова увидел поляниц.

Или хотя бы половцев. Да пусть даже татаровьев.

Кого угодно, что угодно… лишь бы не этакую страсть!

Внизу катался и бился в стены громадный шар. Высотой с терем о три поверха, с глазами, да еще и с пастями. Страшными, скрежещущими зубами.

Чудище кружило и кружило, врезаясь во все, что попадалось на пути. Избы, натыканные по владимирскому подолу, оно просто сминало, разносило по бревнам, как хороший таран. Кого если заставало внутри – без жалости пожирало.

Хорошо хоть, крепостные стены оказались ему не по силам.

На века строилось, добротно. Но трещин круглая жуть понаделала немало, и одолеть ее никак не удавалось.

Пришлеца осыпали градом стрел. Кидали сулицы и дротики. Лили кипяток и вареную смолу. Но все снаряды просто застревали в мясистой шкуре, и тут же ломались о землю. Глаза были словно из каленого стекла, и от них все отскакивало. А кипяток чудовище выпивало своими зевами, да еще и облизывалось.

– Это как же с ним бороться-то?! – возопил Всеволод.

 – Это кто такой вообще?! Эй, там, стрелами огненными его пожгите!

– Кобалог это, Адская Голова, – тяжелым голосом произнес Муромец. – Не поможет тут огонь, встречался я с ним однажды. Открой ворота, княже, бой ему дам.

– Ах, да ведь точно! – обрадовался князь. – Илья Иваныч, вот уж верно – сама судьба тебя сюда привела! Воевода, распорядись там, улучите минуту удобную, дайте Илье Иванычу выехать!

– А может, и не надо выезжать-то? – вкрадчиво спросил молодой гридень.