Конец сказки

– Змей Горыныч сожжет любые ворота… В пепел обратит терема…

– Каменные кремли не обратит. Тиборчане уже сотню лет глядят мне в лицо. Я тревожил их очень мало, чтобы они утратили бдительность, но они все равно не прониклись ко мне доверием. Мои подданные – слишком буйная вольница, они постоянно делали набеги на границы русов. Так что Тиборск готов меня встретить.

– Подсылов тогда заслать… Пусть ворота отопрут изнутри…

– Пытался. У меня было там много лембоев, но они не сумели достойно мне послужить. Им не удалось устранить ни князя, ни старшего Волховича.

Большую их часть в результате разоблачили и прикончили. А те мои глаза и уши, что еще сохранились там, могут только подглядывать и наушничать – для серьезной работы не годны.

– Что ж… Я понимаю, к чему ты ведешь… – кивнул Вий, делая ход. – Что ответишь?

Кащей тоже передвинул тавлею, на которой был вырезан полумесяц. Вий усмехнулся под железной личиной и щелчком пальца отправил другую за доску.

– Принимается, – сказал он. – А дальше?

– Дальше Владимир, – передвинул еще несколько тавлей Кащей.

 – Главный город русов. Киев давно в прошлом, Русь сейчас – Владимирская. Сковырнем его – остальные сами повалятся.

– Владимир… – пробормотал Вий. – Владимир на возвышенности… Стены у него не слишком высоки, но дополнительно его защищают холмы…

– Холмы – преграда только для обычных войск, – отмахнулся Кащей. – Владимир не готов к тому, что могу устроить я. Если прорваться вот здесь – город будет взят одним ударом. Уцелевшие смогут закрепиться во внутренней части, но продержатся они там недолго.

Кащей и Вий передвинули еще несколько тавлей. Полисун в нетерпении переминался с ноги на ногу. Призванный пред царевы очи, он явился незамедлительно, в несколько часов прошел больше, чем лось пройдет за три дни, хотя только сегодня поднялся с постели.

Так что теперь он ожидал хоть небольшого к себе уважения. Тем более, что был Полисун вспыльчив, горяч и резок, как многие его сородичи. Древнее создание, он умер и стал лешим тысячи лет назад, а до того жил сатиром, хвостатым и козлоногим.

В те времена его племя хоть и стало уже редким, но встречалось еще в здешних лесах.

– Волчий Пастырь, – вдруг произнес Кащей. – Как спалось?

– Поздорову, батюшка, – хмуро ответил леший. – Зима прошла – и слава Велесу.

– Много ли других уже проснулось?

– Я первый. Но остальные будут со дня на день. В этом году у нас пробуждение-то раннее.

– Это хорошо. Пока остальные лешие еще спят, а снег еще не сошел – сделай кое-что для меня.