Конец сказки
0 прочтений
- Автор: Александр Валентинович Рудазов
- Жанр: Легкое чтение, Фантастика, Фэнтези
Некому больше судить и рядить простых леших.
Каждый теперь сам за себя, один Род за всех.
Волков вокруг становилось все больше. На оборотней они смотрели недобро, скалились, но нападать не нападали, держались на расстоянии. Остерегались Мусаила.
– Далече от меня не отходите, – напомнил леший. – Кинутся.
– А и кинутся – так раскаются, – равнодушно откликнулся Финист. – Еще я лесных собак не пужался. Яромир, без обид.
– Какие обиды, – пожал плечами тот. – Они мне не друзья.
И вот деревья расступились, и Мусаил с детьми Волха вышел на поляну.
И не один он тут был. Мусаила уже опередили иные лешие – видать, их Полисун с самого начала кликнул. Были тут похожий на громадного медведя Боровик, златорогий олень Туросик и лохматый, с топорами вместо рук Стукач.
И Пущевик, конечно. Старший леший Кащеева Царства. Этакая колючая коряга с руками-ветвями. Острый весь, цапучий – схватит коли, так не выпустит, в кровь раздерет.
– А вот и гости наши пожаловали! – проскрипел злобный лешак. – Гостенечки-гости, глодать прадедовы кости! И Мусаил тут, человечий прихвостень! Что, телята-щенята, всполошились, забегали?
– А ты и рад стараться, леший? – фыркнул Финист. – Всеядец ты гнусный, смутьян глумливый, тварь навья, червословящая. Что ты вообще тут делаешь? Тут не твой лес.
– Мой лес там, где я, – ответил Пущевик.
– Тихо оба! – возвысил голос Бречислав. – Мы сюда не свориться пришли, Пущевик!
– Ты пасть тоже лучше не разевай, бык комолый, – огрызнулся леший. – Думаешь, боюсь я тебя? Никого я из вас не боюсь. За моей спиной сам царь Кащей. А за вашей кто – Глебка-князь? На него и Кащея не нужно – Жердяя хватит послать или Шерстнатого.
– Посылали уже, – спокойно ответил Яромир. – И нету больше Жердяя. И Шерстнатого тоже нет.
– А… как… ты… – стушевался Пущевик. – Это как…
Он растопырился колючками, гневно засопел. Как и другие лешие, Пущевик зимой крепко спал. Не все новости еще успел услышать.
– Неважно, – прохрипел Полисун. – Сгинули и сгинули, туда и дорога. Этакого сора мы веником по углам наметем, дай срок. А людов изведем всех до последнего. Отправятся волкам на корм.