Конец смены

Все уже сделано!

Она реагирует молниеносно — выбивает из его руки оружие, бьет его ногой в пах, каратистским ударом шарахает его в затылок, как Люси Лью, когда тот сгибается от боли — и выбегает из дверей, вопя во все горло. Этот воображаемый видеоклип в полном цвете и стереозвуке проигрывается в ее воображении, пока Фредди стоит, прикипев к месту. Пистолет бахает. Она делает два неуверенных шага, налетает на кресло, в котором обычно смотрит телевизор, падает на него и скатывается вниз головой на пол.

Мир темнеет и уплывает. Последние ее ощущение — тепло от крови в верхней половине тела и в нижней — от того, что мочевой пузырь перестал держать.

— Вот и последний платеж, как обещано… — эти слова доносятся до неё из дальней дали.

Темнота поглощает свет. Фредди падает в нее и исчезает.

Брейди спокойно стоит, глядя, как из-под нее растекается кровь. Он слушает, как кто-то стучит в дверь, пытаясь выяснить, все ли в квартире нормально. Чего-то особенного тот, кто стучит, не ждет, но на всякий случай лучше проверить.

Он в одиночку спускается на лифте. В вестибюле тоже никого. Заходит за угол, поднимает воротник дорогого пальто Бэбино, заслоняясь от ветра, и пищит электронным замком «бумера» Бэбино. Садится в машину, заводит ее, но лишь для того, чтобы согреться. Прежде чем отправиться к следующему месту назначения, надо сделать еще кое-что. На самом деле ему не очень-то и хочется это делать, потому что, несмотря на все свои человеческие грехи, у Бэбино прекрасный острый ум и большая часть этого ума еще не повреждена.

Уничтожить такой интеллект — это поступить примерно так же, как глупые и суеверные долбоебы из «Исламского государства», которые разбивали молотками на куски памятники культуры и искусства, и их уже невозможно восстановить. Но он должен это сделать. Рисковать нельзя, ведь это тело — тоже клад. Да, у Бэбино высоковатое давление и слух немного упал за последние несколько лет, но теннис и походы в тренажерный зал два раза в неделю держат мышцы в довольно хорошей форме. Сердце дает семьдесят ударов в минуту, не запинается. Не страдает он ни от радикулита, ни от подагры, ни от катаракты или других безобразий, которые мучают многих его сверстников.

К тому же хороший врач сейчас ему очень понадобится.

Имея это в уме, Брейди погружается вглубь и находит то, что осталось от ядра сознания Феликса Бэбино — мозга внутри мозга.