Конец смены

Конечно, он помнит, как помнит и то, что к самоубийству ее подтолкнули. Хартсфилд запустил ей в компьютер плохую программу-червь, которая заставила женщину думать, что ее преследует призрак молодой матери, убитой у Городского Центра. Также поспособствовало и то, что большинство людей считали, будто безответственно забытый ею в зажигании ключ частично вызвал ту кровавую бойню.

— Брейди всегда нравились…

— Да знаю я, что ему нравилось! — останавливает его Пит. — Нет необходимости об этом разглагольствовать.

У меня для тебя еще одна подача есть, если хочешь.

— Я говорил с Нэнси Элдерсон сегодня где-то в пять вечера.

Молодец, Пит, думает Ходжес. Ты не просто номер отбываешь последние несколько недель.

— Она сказала, что миссис Эллертон уже купила дочери новый компьютер. Для онлайн занятий. Он стоит под лестницей в подвале, еще в коробке. Эллертон собиралась через месяц подарить его Мартине на день рождения.

— Другими словами, она планировала будущее. Не похоже на самоубийцу, не так ли?

— Нет, я бы не сказал.

Мне пора идти, Керме. Мяч на твоем поле. Или играй, или так оставляй. Как знаешь.

— Спасибо, Пит. Спасибо за подачу.

— Если бы это было, как в старину, — говорит Пит. — Мы бы за это так взялись, что только щепки бы полетели!

— Только не вернешь тех времен. — Ходжес снова потирает бок.

— Да. Не вернешь, блин. Ты собой займись. Поправься немного.

— Приложу всех силы, — отвечает Ходжес, но уже никому. Пит закончил разговор.

Он чистит зубы, пьет обезболивающее и медленно влезает в пижаму.

Потом ложится в кровать и смотрит в темноту, ожидая то ли сна, то ли утра — того, что наступит быстрее.

Брейди не забыл взять идентификационный бейдж Бэбино из верхнего ящика письменного стола, когда одевался в его одежду, ведь магнитная лента на обратной стороне превращала этот бейдж в универсальный пропуск. В 10:30 вечера, примерно тогда, когда Ходжес наконец-то наелся программами о погоде, Брейди впервые пользуется этим пропуском, чтобы попасть на территорию парковки, предназначенной для сотрудников больницы, возле главного корпуса.

Днем здесь не протолкнуться, зато в эту пору — большой выбор мест. Он останавливается на участке подальше от всепроникающего света натриевых ламп. Откидывает сиденье роскошной машины Доктора Би и выключает двигатель.

Он погружается в сон и чувствует, как плывет в легком тумане несвязных воспоминаний — всего, что осталось от Феликса Бэбино.