Конец Смуты

Так что если хочешь есть, то немедленно признавайся, а я, так и быть, никому тебя не выдам.

– Нет, государь, я поела, пока готовила, – отвечала девушка, ужасно побледнев.

– Ну поела так поела, чего ты так испугалась? Кстати, очень вкусно, это ты сама готовила?

– Да, ваше величество.

– Матушка, – ответила Лиза со слезами на глазах.

Мысленно про себя чертыхнувшись – в самом деле, кто же еще мог научить девушку готовить, если не мать, а я сдуру напомнил ей о судьбе родителей, – я попытался перевести разговор на другое:

– Дитя мое, кажется, тут грели для меня воду…

– Да, все готово, ваше величество, в соседнем отделении вас ждет большая бочка горячей воды.

– Прекрасно, надо кликнуть кого-нибудь…

– Помочь вам вымыться? Я прекрасно с этим справлюсь.

Поставленный в тупик девичьей непосредственностью, я отправился мыться.

– Отвернись, – потребовал, прежде чем раздеться.

Лизхен тут же с явным облегчением на лице выполнила мое распоряжение. Скинув изрядно заскорузшее исподнее, я с наслаждением залез в горячую воду.

«Черт побери, – подумалось мне, – Анна не пробыла тут и нескольких часов, а устроила мой быт лучше, чем мои слуги, постоянно толкущиеся подле меня… надеюсь, ее воспитанница знает дело не хуже…»

– Вам вымыть волосы, ваше величество? – прервала мои размышления маркитантка.

– Что? – не расслышал я с первого раза.

– Вам вымыть волосы?

– Да, наверное, если тебе не трудно…. – пробормотал я в ответ.

Девушка с энтузиазмом принялась за работу, а я отдался наслаждению от ее ловких рук.

Последний раз мне так мыла голову Настя, убитая мерзавцем Енеке, и я немного загрустил от этого воспоминания…

– У вашего величества такие чудесные волосы, – вырвал меня из раздумий голос Лизхен, – ей-богу, иной бы девушке позавидовать. Только вы совсем за ними не ухаживаете.

– У тебя не хуже, – буркнул я.

– Спасибо, вы так добры, государь.

– О да! Иногда мне даже кажется, что чересчур. Знаешь что, принеси мне белье.

– Хорошо, подай мне его и ради всего святого – отвернись.

Спешно переодевшись, я отправился в соседний «отсек», где была расстелена для меня постель, искренне надеясь, что не застану там своего постельничего, в обязанности которого входило ночевать вместе со мной под одной крышей. Слава богу, я хоть и с трудом, но отвадил придворных от чересчур буквального исполнения своих обязанностей. К счастью, никого не было, и я, не забыв проверить, рядом ли допельфастеры и шпага, юркнул под одеяло и блаженно вытянулся.