Конго Реквием

Он попытался дозвониться до Эрвана: тот не отвечал. И Сальво тоже. Морван мгновенно принял решение: он отправится под бомбы искать сына. Одно он усвоил за эти годы: с людьми всегда можно договориться – особенно когда ты белый, а они черные, – но не со снарядами или ракетами, падающими вслепую. У Эрвана были все шансы сдохнуть там.

Он послал Мишеля найти пирогу с мотором. Позвонил Чепику, чтобы тот прилетел как можно быстрее забрать их из Конголо или Калеми, раз уж приземление в Лонтано отныне исключено, – русский, не слишком обрадовавшись, удвоил цену.

Он также предупредил Кросса: «Заскочим на Луалабу, не возражаешь?» Луба, титан, вырубленный из базальта, в безупречно чистом берете и глаженом камуфляже (стиркой у него занималось множество женщин) только кивнул. Ему можно было довериться. Бывший легионер, бывший фазовец, он пристрастился к смерти, но как бы сидел на диете: лишь обмакивал губы, чтобы вспомнить былой трепет.

Морван не переставал злиться. Ему ни в коем случае не следовало позволять Эрвану лезть в это дело.

Его поиски истины были абсурдны, но сдохнуть в Лонтано от случайной пули было еще абсурднее.

Его «Иридиум» зазвонил. Эрван? Лоик.

– У нас есть свидетель, – объявил младшенький, даже не поздоровавшись. – Один человек видел Джованни утром в день убийства, когда тот разговаривал с какими-то людьми.

Морвану потребовалось несколько секунд, чтобы включиться:

– Я тебе что сказал? Или я не ясно выразился? Грузи свою семейку в самолет и…

– Тебе нужна информация или нет?

– Рожай уже, – вздохнул он, едва сдерживаясь.

– В девять часов утра во вторник Джованни разговаривал с двумя мужчинами на опушке леса в окрестностях Синьи.

– С белыми. Наш малый узнал одного из них: Джанкарло Баладжино. Фашиствующий молодчик, замешан в коррупционных делишках…

Это была явная бессмыслица: Монтефиори никогда бы не связался с подонками, обворовывающими его собственный город.

– А кто он, твой свидетель?

– Мажордом одного дворца во Флоренции.

Работал двадцать лет у Монтефиори во Фьезоле.

Можно было верить человеку, которому так долго доверял Кондотьер.

– Нет. Только сказал, что это был светловолосый здоровяк лет сорока. Вокруг стояли телохранители.

С какой стати такое тайное собрание? Из-за торговли оружием? Или тут что-то другое? Баладжино всегда крутил полувоенные делишки, но если бы он захотел избавиться от Монтефиори, то поступил бы более сдержанно – кислотная ванна или асфальт.