Конго Реквием

Пусть ее отец был довольно темной личностью, такого Лоик не ожидал. Джованни Монтефиори по прозванию Кондотьер был жестянщиком, начавшим с нуля и построившим целую империю. О нем ходило множество слухов, в частности о его связях с «мафией в белых воротничках» и Сильвио Берлускони, но Лоик по наивности полагал, что, перешагнув семидесятилетний рубеж, тесть отошел от дел.

– Что тебе в точности известно?

Она замолчала, потом продолжила более твердым голосом:

– Судя по результатам первого осмотра, ему вскрыли грудь циркулярной пилой.

После этого ему… – София снова заколебалась; он никогда не видел, чтобы она боялась слов, – вырвали сердце.

Лоик снова застыл. Он не в первый раз слышал о смерти такого рода. Именно так был убит Филипп Сезе Нсеко в сентябре этого года в Лубумбаши. Несмотря на расстояние, оба убийства были, несомненно, связаны. Тем более что «Heemecht», люксембургской компании Кондотьера, принадлежало восемнадцать процентов акций «Колтано».

– Что еще тебе известно?

– У него была встреча?

У Монтефиори была одна особенность: он едва умел читать и писать и вдобавок был одержим секретностью.

Его расписание было известно только ему самому. Ни записных книжек, ни мобильника. Его секретарша была совершенно не в курсе. Если копы захотят восстановить его последний день, мало им не покажется.

– Ты говорила с полицией?

София презрительно пожала плечами, словно отвечая: «Что они могут знать о Монтефиори?» Глядя, как она сидит за мраморной столешницей (точным подобием той, что украшала их кухню на площади Иена), он видел ее такой, как прежде.

Их первое золотое время. Бесчисленные кафе Нью-Йорка, Флоренции, Парижа. Исполненные воодушевления ужины, когда Лоик начал восхождение по финансовой лестнице. Крики их первенца. Купленную ими квартиру с видом на Эйфелеву башню и дворец Токио, которая уже напоминала святилище…

Взволнованный, он предложил ей пройти в гостиную.

– У них есть версии? Подозреваемые?

– Я ничего не знаю. Расследование только началось. Будет вскрытие. Я завтра уезжаю во Флоренцию.

– Дома. Я им пока ничего не сказала.

Он счел своим долгом заговорить о теще:

– Ноль реакции. Увеличит свою дозу лекарств и отплывет чуть дальше от этого берега на какое-то время, и все.

– Накинулись на похороны, как гиены, чтобы доказать свои организаторские способности. Они уже нацелились на президентство в империи.

Никаких шансов вспомнить их имена. Не такие красивые, как София, незамужние, они завладели важными постами в компаниях Кондотьера.