Самым трудным делом оказался разговор с торговцами, которые откровенно боялись истинных правителей Новой Гранады. В конечном счете перед ним во всей неприглядности предстала картина бандитского беспредела и рэкета. Вывезенные из Испании каторжане построили свое государство, где вместо закона были уголовные понятия. Реальным правителем северного побережья нынешней Колумбии являлся висельник по кличке Черный Навахо. Он жил в самом большом и красивом дворце, и все его называли дон Хусто. Дон ди Аррабаль не стал разводить юридическую волокиту или придумывать хитроумные ходы.
Губернатор назначил его временным правителем, значит, он вправе восстановить справедливость. Принятое решение соответствовало понятию дворянской чести. В одно прекрасное утро «пахан» и пятеро его ближайших подручных оказались на виселице. На другой день в тени огромного дерева у входа на городской рынок повесили первый десяток уголовников. Приняв на себя обязанности временного заместителя губернатора Новой Гранады, дон Джулино ди Аррабаль не собирался давать бывшим каторжанам ни единого шанса, тем более возвращать их на родину.
Отряды Эрика и Роланда фон Хаген под общим командованием дона Франциска Алькантара в равной мере действовали агрессивно и бесцеремонно. Для немецких баронов понятие «Закон — это я!» получено с материнским молоком. Две сотни десантников, испытанных в грабежах и налетах на испанские города, прошли до реки Атрато настоящим карательным рейдом. Дон Франциск откровенно возмущался вопиющей несправедливостью.
Он — дворянин, за душой — жалкие гроши, а вывезенные из Испании преступники беззастенчиво жируют. Как следствие, департаменты Кордова, Кальдас и Антокия лишились всех конкистадоров. Нахалы безбоязненно встречали отряд и высокомерно требовали убираться с их земель. Дальнейшие действия не отличались разнообразием. Десантники с шутками-прибаутками крепили на воротах петлю, а дон Франциск Алькантара инструктировал управляющего. В завершение на воротах писали: «Собственность короля». Выбив табуретку из-под ног бывшего хозяина, отряд отправлялся дальше.
За весь период перехода на Тихоокеанское побережье с организованным сопротивлением столкнулись только один раз. Это случилось в маленьком городке Монтерия на реке Сина. Никто не ожидал, что река судоходна и в пятидесяти километрах от устья может оказаться оживленный порт. Причем не просто порт, а центр вывоза изумрудов, добываемых в горах Сьерра-Невада де Санта-Мария. От разгрома отряд спасли сами уголовники.
