"
"— Увы, мой друг, увы, — ответил барон, — дела вынуждают меня сегодня же отправиться обратно в Нассау.
— Как жаль! А я надеялся послушать ваши рассказы о последнем сражении.
— Наши капитаны с лихвой восполнят мое отсутствие, — засмеялся барон, — вам расскажут пару десятков совершенно противоположных историй.
— Дело в том, — вступил в разговор адмирал, — что господин барон захватил «Золотой флот» и вынужден обратиться к вам за помощью.
— Как! Вы сумели разбить конвой охранения?
— Да, провидение было за нас, — ответил барон, — офицеров и матросов короля мы высадили на острове Передовой.
— Благородный поступок. Надеюсь, в ближайшие дни они будут доставлены в Санто-Доминго.
— Я прошу вас об одолжении, — барон заговорил с нарочитой скромностью, — необходимо разгрузить корабли и разобраться с трофеями.
Барон подал знак гребцам, и перед комендантом поставили сундук с золотыми рублями.
— Это наша компенсация за причиненное беспокойство.
Дю Норбер учтиво поклонился. Ха! Они грабанули Карла V, а теперь опасаются показать добычу в своем собственном городе! Но это не его проблема, а сундучок он разделит со своими офицерами.
Осталось проследить о внесении правильных записей в журнал приходов и отходов.
Встреча в форте Александр с адмиралом ван Дайком больше обрадовала, чем удивила бояр Андрея Александровича Скопина-Шуйского и Бориса Андреевича Бельского. Поэтому они сразу приступили к делу.
— Надобно как можно скорее оповестить родственников, у губернатора Эспаньолы к ним срочное дело, — без обиняков сказал Борис Андреевич.
— Пустое, — небрежно отмахнулся адмирал, — вы и сами легко решите проблему губернатора.
— Как же ее решать, если она нам неизвестна? — возразил Андрей Александрович.
— Идемте, я вам покажу смысл озабоченности дона Аревало.
Адмирал ван Дайк повел бояр к стоящим в небольшом отдалении кораблям. Им бы смотреть вперед, так нет, соблазнились красотами тропического острова, всякими кустами в пышной пене нежно-розовых бутонов, птичками с яркими желтыми и красными пёрышками и, конечно же, изумительным видом ниспадающей с неба воды.
Именно тропические красоты и отвлекли от главного и усилили эффект от терриконов золота и серебра. Оба боярина пораженно ахнули и замерли, не в силах произнести ни слова. Чернокожие рабы катили наполненные золотыми слитками тачки и небрежно вываливали блестящий на солнце металл. Другие подхватывали желтые брусочки и складывали в аккуратный штабель.
