Конклав

То, как его глаза округляются, и требуется секунда-другая, чтобы понять: либо он радостно удивлен, либо раздражен. Как он говорит все что хочет и не любит врать. То, как они оба ненавидят одиночество.

Удивительная вещь – время. Три года назад я думала, что умру на этой яхте. Дэймон был последним человеком, которого я хотела бы видеть, с которым хотела бы общаться. Никогда в жизни так не боялась.

Сейчас практически и дня не проходит, чтобы я с ним не разговаривала или не нуждалась в нем.

– Знаешь… – начинаю я, приближаясь к нему.

Он поднимает голову, прислушиваясь.

Однако я не продолжаю. Сделав вдох и выдохнув… бросаюсь вперед и толкаю брата в грудь.

Выпучив глаза, Дэймон взмахивает руками. В следующее мгновение он теряет равновесие и падает за борт.

– Черт! Твою мать! – раздается прежде, чем его тело, пролетев добрых три метра вниз, с громким всплеском скрывается под водой.

Забросив в рот очередной кусок холодной ветчины, смотрю вниз. Он что, ударился о воду плечом? Проклятье, как можно было удариться плечом?

Дэймон всплывает, отплевываясь и посылая брызги в разные стороны, откидывает волосы назад и сверлит меня взглядом.

Капли воды скопились на его ресницах, губах, и я никогда не видела более взбешенных бровей.

– Ты маленькая дрянь! – рявкает он.

– Ладно, да, я перегнула палку. Признаю, – говорю дразнящим тоном. – Но это справедливо. Я чуть не умерла тогда, Дэймон.

– Тащи свою задницу сюда, и я покажу тебе, что такое смерть!

– Ты спятил? – отвечаю, выбирая на ладони еще один кусочек сыра.

Зарычав, парень плывет обратно к судну, а я наконец-то позволяю себе засмеяться. Он кажется таким ранимым.

Захватив полотенце, спускаюсь по трапу и вижу, как Дэймон запрыгивает на кормовую платформу. Когда он встает на ноги, его белая рубашка и черные брюки липнут к телу. Зато волосы выглядят хорошо.

Сдержав улыбку, протягиваю ему полотенце.

– Отвали.

Однако полотенце все же выхватывает из моей руки.

Что за нюня. Похоже, некоторые способны лишь пакостить другим.

– Знаешь, то чувство вины, которое я испытывал минуту назад, – выпаливает Дэймон, – оно полностью улетучилось.

– Хорошо, – киваю я. – У нас есть проблемы поважнее в сегодняшней повестке дня.

Он продолжает негодовать, вытирая лицо и волосы, и затем снимает ботинки.

– Все в сборе? – окликает кто-то. – Мы можем отчаливать.

Посмотрев на капитана, стоящего на мостике, машу ему рукой.

– Мы готовы.

Я возвращаюсь с Дэймоном на верхнюю палубу.