Таисия, наша младшенькая, раскапризничалась. Она учится во втором классе, панически боится «двоек», хотя никто ее за плохие отметки не наказывает. Но на Тасю «двойки» наводят такой же панический ужас, как пылесос во младенчестве. Она называла его, страшного зверя, «калесос». Когда доченька была маленькой, в квартире убирали исключительно во время ее уличных прогулок. А если Таська себя плохо вела, то отправлялась не в угол, а посидеть на коробке с пылесосом. Мгновенно шелковой становилась.
– Нам по рисованию задали фигуры речи! – хныкала, куксилась Тася.
– Надо нарисовать фигуры речи! Не хочу «двойку» получать.
Я пыталась спокойно объяснить, что фигуры речи нарисовать невозможно, призывала точно вспомнить домашнее задание. Но Таська упорно стояла на своем и в конце концов добилась желаемого – разревелась.
Природа ее истерики мне была отлично ясна. Ребенок устал – всей семьей мы полдня гоняли на роликах в парке. Если бы Тася немного отдохнула, поспала пару часов, то плаксивости бы не наблюдалось.
Но я не могу положить спать ребенка в семь вечера, чтобы разбудить в девять и заниматься рисованием! Это – уж полное нарушение режима! Да и не уснет она сейчас, когда маячит ужас «двойки», будет реветь до полуночи. Сошлись на том, что я позвоню учительнице и выясню, что именно было задано.
Долго расшаркивалась перед учительницей, понимая, что у нее тоже суматошный воскресный вечер, что если все родители будут звонить и выяснять – «что нам задано по рисованию», то никакого терпения не хватит.
– Геометрические фигуры? Спасибо большое! Еще раз извините за беспокойство!
Положила трубку и ахнула:
– А какие, собственно, геометрические? Ой, забыла уточнить! Но не звонить же снова! Ольга Сергеевна решит, что мы – полные кретины.
– Таська, не мелочись, – подал голос муж. – Рисуй сразу тетраэдр.
– Отлично! – повернулась я к мужу, который спокойненько сидел в кресле и читал газету. – Вот ты, папочка, сейчас и займешься с дочерью рисованием! А у меня вагон и маленькая тележка домашних дел.
Выполняй отцовский долг!
– Нас титрадеру не учили! – сделала очередную попытку зареветь дочь, хотя все время моего разговора с учительницей не плакала, внимательно прислушивалась.
– Треугольники, круги, квадраты! – безоговорочно постановила я. – Саша, Таська тебе дочь или где?
– Цветочек мой! – поднялся Саша. – Как говорится: дети – цветы нашей жизни, собери букетик, подари бабушке.
Мы бы так и сделали, но обе наши бабушки живут в других городах.
