У всех в мозгах кавардак и возмущение. Словом, тебе лучше уволиться. Без скандала и по собственному желанию. С начальником станции я уже говорила, он это решение поддерживает.
– Валя! Клянусь! Самым святым! Я – не воровка!
Она губы поджала, в сторону взгляд отвела, стала бумаги на столе перекладывать. Мол, разговор окончен.
Уволиться? А на что будем жить? Полторы моих ставки – основа семейного бюджета. Лешина стипендия и газетный приработок – их только на хлеб и проезд в транспорте хватает. А за квартиру платить? Сыну на зиму куртку надо справить, ботинки у него прохудились…
Но, с другой стороны, долго смогу выдержать отношение к себе как к прокаженной? Точно поле вокруг меня электрическое возникло, кажется, народ шарахается, током бьет.
Лишь Ольга из своего угла подбадривающие знаки подает: держи хвост веником!
Обедали с ней, уверяла, что я надумываю, что многие девочки не верят в мое воровство. Я представила, как они шушукаются, перемывают мне косточки, – еще хуже стало.
Лучше в изоляции, чем оправдываться или выслушивать уверения в добром ко мне отношении. Поди узнай, искренне говорят или кривят душой. Даже если искренне, червячок сомнения все равно, наверное, остается. Нет, хватит мне Ольги, а с остальными – свести общение до минимума, только быстро и по делу.
По дороге домой я новое место работы подбирала. Говорят, уборщицам в офисах хорошо платят, работа по вечерам, а днем можно теми же газетами вразнос торговать. Главное, чтобы перерыва большого не было.
А то безденежье и безделье меня точно с ума сведут.
Леша и Славик, которые меня дома ждали, решительно против увольнения выступили.
– Ведь получится, что ты вину признала! – кипятился Леша.
– А настоящий преступник останется на свободе! – поддакивал Славик.
– Дети! Не приведи вам бог подобное пережить! Пусть лучше я уйду сама, чем с позором выгонят.
– У нас только один выход, – заявил сын («у нас», заметьте). – Надо найти настоящего вора.
– Ходил на кафедру уголовного права, – сообщил Славик.
– Разговаривал со старшим преподавателем, который двадцать лет в угро проработал.
– Ну? – хором спросили мы с Лешей и замерли в надежде.
Славик развел руками:
– Он сказал, что проще иголку в стоге сена найти, чем клептомана.
– Вот видите, – подавила я горький вздох. – Значит, только увольняться.
Но оказалось, что у детей есть план, они придумали ловушку для вора. Сначала идея ребячеством и глупостью мне показалась.
