Конкурс неприятностей

 – Этих лошадей, которых я люблю, ты убьешь… а потом предложишь мне купить любую лошадь, какую я захочу.

– Я тебе уже предложил! – снова заорал папа, наткнулся на Полинкин взгляд и выдохнул: – Не говорил я, чтоб этих твоих лошадей убивали, пусть они будут живы-здоровы, какая мне разница!

– Ты просто велел нашему Администратору расчистить землю под строительство, – тем же мертвым, как старая прошлогодняя листва, тоном продолжала Полина. – С живыми лошадьми это труднее, сперва их проще убить. Пара человеческих трупов тоже не помеха.

Мой, например.

– Какой еще… Что ты выдумываешь?! – взвился папа.

– В первый день, когда мы в школу приехали, похитили Ольгу – меня понес пони, я чуть не разбилась. Змеи могли меня покусать так же, как остальных. Пожар в конюшне – я там была. А араб меня вообще чуть не убил. Если б не Саша…

– Какой… араб? Террорист? – растерялся папа."

"– Жеребец, – сухо усмехнулась Полинка. – Твой… агент… специально его выпустил, чтоб устроить несчастный случай на леваде и прицепиться к технике безопасности.

А попалась я.

– Насчет Ольги вашей я вообще ни при чем, я в тот день эту вашу школу в первый раз увидел! – Папа сделал шаг, точно хотел прижать Полинку к себе, но та только шарахнулась. Он остановился, потерянно опустив руки. – А про остальное ты не рассказывала!

– А если б ты узнал – оставил бы школу в покое? – Полинка вдруг села на корточки, обхватив себя руками, будто у нее заболел живот. – Вы бы просто запретили мне туда ездить. Сперва чуть не убили меня, и без лошадей осталась бы тоже я.

– Да я его просто уничтожу! – взревел Полинкин папа. – Кто ему разрешил рисковать моей дочерью?!

– Себя тоже уничтожишь? – Полинкина мама присела рядом с дочерью и обняла ее за плечи. – Ты заплатил за уничтожение конной школы, в которой занимается наша дочь, и думал, ее это не коснется? Ребенка – за торговый центр? Кем пожертвуешь в следующий раз? – и она демонстративно положила руку на округлившийся живот.

Меня дернули за руку.

– Я думаю, мы здесь лишние, – шепнула Настина мама и повела меня к выходу из конюшни.

Гурьбой мы высыпали наружу, оставляя Полину, ее родителей – и наших лошадей тоже! Настина мама плотно закрыла дверь, отрезая несущиеся изнутри голоса. Мы с Мишкой поглядели друг на друга – и дружно попытались придать лицам мало-мальски осмысленное выражение.

– Я щетки успела прихватить, – только Настя была довольна и деловита. – И одеяла. – Она уже свалила притащенный Полинкиным папой ворох пледов на землю.