Конкурс убийц

 — Но в тот вечер он, после того как столкнулся в холле со Слепаковым, стал раздражительным и резко отреагировал на меня и на мои слова. Я молча легла, читала книгу, потом уснула. В этот вечер мы с ним больше не общались. А утром — я всегда просыпаюсь очень рано в отличие от Жени — я сразу же отправилась в душ…

Тут Ольга замолчала, поерзала в кресле, замялась, а потом нехотя призналась:

— Вернее, это я так полиции сказала, что была в душе. На самом деле в номере меня не было. Я опять поднялась на крышу. Я не хотела подставлять Катю.

Ведь если выяснится, что она без позволения администратора открывает доступ к верхнему бассейну, то ее сразу же уволят.

— Кстати, а почему никого не пускают в этот бассейн? — спросила Мария. — Вроде бы как он есть, а плавать в нем нельзя. Странно.

— Просто в прошлом году с крыши отеля упал какой-то пьяный гость, который решил поплавать там ночью. Разбился сильно, не погиб, а только покалечился, и предъявил хозяйке отеля счет, подав на нее в суд. С тех пор, хотя в бассейн и накачивают воду, чтобы не пересохли трубы и вся система не полетела, пускать гостей на крышу запрещено.

— Да, за такое своеволие ее вполне могут выгнать, — согласилась Маша и посмотрела на мужа так, что он вдруг почувствовал себя виноватым в том, что Катю могут выгнать именно из-за него, из-за его посещений этого злополучного бассейна.

Гуров не стал отвечать на взгляд жены, а спросил у Ольги:

— Вы долго отсутствовали?

— Минут тридцать или тридцать пять. Но не дольше, — уверенно ответила она.

 — Я когда проснулась, то посмотрела на часы — было без четверти пять. Я взяла с собой на крышу телефон. Когда поплавала, посмотрела на время — прошло двадцать минут. Но я не сразу пошла вниз. Посидела еще какое-то время. Не знаю, сколько на самом деле прошло времени, но не так уж и много. Женю я не сразу обнаружила, — тихо, с виноватой интонацией в голосе добавила она. — В номере я сначала стала заваривать чай. Мы с Женей всегда, еще до завтрака, в половине шестого, пьем чай. Потом он какое-то время работает над рукописями, а в половине восьмого мы завтракаем. И такой порядок у нас всегда, независимо от того, где мы находимся, — добавила Ольга и тяжело вздохнула, по всей видимости вспомнив, что теперь этот порядок будет нарушен.

— Я думала, что он, как обычно, сам выйдет, но его все не было, и я пошла посмотреть. Мне было удивительно, что он так долго спит, — продолжила она.

— А когда вы ссорились, он обычно долго обижался? — прервал ее Гуров.