Конкурс убийц

Чай, тебе не настойка корня валерианы. И пользуют это зелье чаще всего психи и наркоманы. Мохов, конечно, первым долгом предположил, что покойный был наркоман и псих, кто бы в своем уме так затейливо самозахоронился. Но потом хватило ума проверить там, где рецепт могли выписать. Ни психиатра, ни нарколога в нашей поликлинике и тогда не было. А наркодиспансер был. И даже пропавший без вести сотрудник там имелся — Быков Юрий Михайлович, медбрат. Однажды просто не вышел утром на работу, а позже выяснилось, что и вечером домой не вернулся.

Супруга пьющая, в поиске мужа особо заинтересована не была, ну и замяли это дело. И это еще не самое интересное.

— Не томи, Вить. — Гуров замер и прислушался. Показалось, что не вовремя в окружавшей его тишине хрустнула ветка. Но, во-первых, тишина и правда была относительной. А во-вторых, припомнив слова Аджея о простоте нравов на фестивале и призывный взгляд девушки Марины, неясный звук полковник решил списать на природное явление. Мало ли. Вдруг своим разговором он потревожил солидную и состоящую в серьезных отношениях пару спаривающихся ежей.

Ему сказали не шарить по кустам, он и не пойдет.

— Что там у тебя, Лев? Ты пропадаешь.

— Нет… Нет, все в порядке, показалось. Так что там самое интересное?

— Самая конфетка в том, что в этом же году, когда Быков пропал, в нашем диспансере прокапывался от очередного запоя преподобный Полонский.

— Та-ак, — протянул гласную Гуров, замедляя шаг. Он почти дошел до места, где они оставили машину с водителем.

Вроде даже слышал, как шофер, ожидая, тоже с кем-то говорит по телефону. Или с самим Аджеем, если тот вернулся. — Ты имеешь в виду, что они были знакомы, верно я понимаю?

— Нет, — в свою очередь, протянул Сизый. — Я имею в виду, что они могли быть знакомы с вероятностью девяносто процентов. Также я имею в виду, что утром Мохов ожидает на опознание жену Быкова. Опознавать там не густо, как ты помнишь. Костюм, обувь, зубы… Мохов пытается своими силами раскрутить это дело. Иначе бы просто отправил тело в центр.

Но шумиха, сам понимаешь, ни к чему. Тут журналистов…

— Больше, чем людей, Витя, — договорил за него Гуров, припомнив услышанную однажды присказку. — Благодарю за службу и сотрудничество, старший лейтенант Сизый. Завтра подъеду к тебе, кофе попьем.

Виктор отключился. И именно тогда Гуров расслышал, что в темноте разговаривают двое. Не у машины, а в стороне, за деревьями. И это явно не любовный лепет парочки. Гуров прислушался.