Конкурс убийц

Аргументировал это тем, что она не его родная мать, что подросток со своим вредным характером не уживется у них в доме…

— А что, у Александра был вредный характер? — переспросил Гуров.

— В общем, да. Пока он был маленький, он был милым и послушным, но подростком Саша превратился в весьма своевольного и упрямого мальчика. Сказалось отношение к нему его отца. Он баловал его, давал ему много карманных денег, потакал его капризам и прихотям, а если Ольга на Сашу строжилась или корила за какой-то проступок, то Леонидов всегда вставал на сторону сына и ругал Ольгу, что она понапрасну придирается к мальчику.

По сути, он настраивал Сашу против нее. Я так думаю, все это было, опять же, из ревности…

Светлана Олеговна замолчала и нахмурилась, словно вспоминала все те неприятности, которыми делилась с ней Ольга, а потом продолжила:

— Они часто ругались именно из-за Саши. Оля нередко жаловалась мне, что ее муж потакает шалостям Саши, и что ничего хорошего из этого не выйдет.

В конце концов, так оно и получилось. В двенадцать-тринадцать лет с мальчиком уже никакого сладу не было. Оля понимала, что возьми она Сашу вопреки желанию Кирьянова, на ее браке с ним можно будет ставить крест. Поэтому и не стала настаивать. Она очень сильно любила Евгения Петровича.

— Не так, как Леонидова?

— Что не так как Леонидова? — не поняла Светлана Олеговна.

— Любила сильнее, чем Леонидова?

— А кто вам сказал, что она любила своего первого мужа? Да, она его жалела и уважала, но не любила.

Жалела, потому что он один воспитывает малыша, а уважала за ум. Владислав Владленович действительно был очень умным человеком.

— Ага, я понял, — кивнул Лев Иванович. — Быть умным — еще не значит быть хорошим писателем. Так?"

"— Конечно, — улыбнулась Гордиенко. — Писательство — оно от Бога, а ум… Ум нам тоже дается свыше, но это другое. Я так думаю, что Ольга вышла замуж за Леонидова, потому что считала его порядочным и очень серьезным человеком.

Думала, что раз он ее любит, то она будет за ним как за каменной стеной и сможет заниматься своим любимым делом — писать. Но…

— М-да, — только и произнес на это недосказанное Светланой Олеговной «но» Гуров.

А что он мог еще сказать? Ольге в жизни не повезло ни с первым, ни со вторым мужем. Лев Иванович подозревал, что и Кирьянов нещадно использовал жену для своих амбициозных планов, надеясь стать уважаемым писателем.