Консервация ненависти

– Это ты? Тот старший лейтенант, которого мы взяли у Калача?

– У тебя хорошая память, Мадьяр. Да, это я!

– Зря я тебя отпустил, надо было прибить в сарае, как собаку.

– Ты не мог поступить иначе. Ведь тогда тебе не удалось бы убедить командование отряда в гибели Штебы, который перешел на твою сторону и ради которого ты устроил кровавый спектакль на ферме.

– Сами догадались или кто подсказал про Штебу?

– Догадались. Кстати, ты не знаешь, где он сейчас?

– Да? А Штеба между тем с мадам Линдой Карс ждет твоего приказа в Переславе.

– Знаем, Мадьяр. Все мы о вас и ваших планах знаем.

– Ты научился ругаться по-русски?

– Зубы не заговаривай! Стволы на пол! Или я убью Гезу.

– Ну, что ж, убивай! Нам она не нужна.

– Габор! Ты не сделаешь этого! – закричала Геза.

Но Мадьяр ударил клинком в горло Баллы, толкнул ее тело на спецназовцев, сам же рывком выпрыгнул в окно. Бакаров отступил в сторону. Тело Гезы Баллы ударилось в стену. И тут же сигналом вызова сработала радиостанция Хитрова.

– Первый! – ответил он.

Отключив станцию, Хитров доложил Бакарову:

– Долгих подстрелил Мадьяра, тот сейчас под окном. Я приказал снайперу вернуться.

– Пойдем посмотрим Мадьяра, возможно, ему нужна помощь.

– Пристрелить бы эту тварь, – зло проговорил Мазур.

– Нельзя, Коля, – сказал Хитров, – он нужен нам в поисках Штебы и Карс. Да и позже, когда начнется следствие по кровавым делам его банды.

– А жаль. Я бы его лично кончил.

Хитров вызвал на связь прапорщика Иванца:

– Два упакованных придурка.

– Что и хотел сделать!

Бакаров и Хитров прошли на улицу у реки. Главарь террористической банды действительно лежал под окном.

– Мадьяр! – окликнул его Бакаров. – Куда ранило?

Но Молнар не двинулся и не подал голоса.

– Что такое? – встревожился Павел.

Он подошел к Мадьяру, перевернул его на спину и увидел небольшое отверстие в двух сантиметрах ниже соска груди.

– Черт! Прямо в сердце! Это же надо умудриться, попасть точно в сердце во время прыжка! Где, Леня, твой чудо-снайпер?

– Нет, ну, не твою мать! Надо было самим взять его.

– И как теперь Губарю докладывать? Все согласовали, все подготовили, от подкрепления отказались, а задачу не выполнили. Но Губарь – ладно, он поймет, как теперь быть со Штебой и Карс?

– Конечно! Только когда и куда?

К старшим офицерам подошел снайпер, прапорщик Долгих.

– Отлично, Игорь, прямо в сердце.