Консервация ненависти

Хозяин фермы пошел звать хуторян, а Губарь зашел в сумрачный дом покойного уже скотника. И сразу словно на свалке оказался. Везде грязь, газеты старые, окурки на полу, у окна, завешенного грязной тряпкой, провалившийся диван. Гвозди вместо вешалок, на них старая верхняя одежда. У «голландки» куча давно немытой посуды, порезанные огурцы, помидоры, чеснок. Ящик в углу, приспособленный под сток, лампочка без абажура. И… приторно-кислый запах. Командир отряда внимательно осмотрел хату, особенно диван, печь, простучал стены, проверил полы.

Тайника в доме не было. Он обошел двор и сарай, но не нашел ничего, что указывало бы на другую жизнь скотника, и сделал вывод, что скотник не имел ничего общего с боевиками. Закончив работу на участке Басова, Губарь вышел на улицу. Гулеба стоял рядом с капитаном. С ними были еще трое мужиков, на земле тело, завернутое в простыню.

– Вот, – указал на него хозяин фермы, – принесли Михая. Плотнику сказал, чтобы гроб сделал, одежду подберем, могилу выроем, похороним.

– В доме сначала проветрить надо. Там бардак несусветный.

– Ну, ладно, Степан Сергеевич, поехал я. А вы ждите в гости комиссию и следователей. Работы у них здесь много.

– Тут мужики предложили дружину собрать, чтобы ночью охранять хутор.

– Не думаю, что в этом есть необходимость, к вам обязательно участкового на время прикомандируют.

– Да и времена, похоже, опять неспокойные настают. Недолго мирно жили.

– Старого не будет. Мы найдем банду.

– Одну найдете, другая появится.

Это как эпидемия.

– До свидания, Степан Сергеевич. Еще увидимся, – попрощался Губарь с хозяином фермы.

– До свидания, товарищ подполковник, таким гостям мы всегда рады. Вот только сегодня, эх, жаль ребят, молодые еще!

– Пуле без разницы, молодой или старый, Степан Сергеевич. Но все, поехал!

Подполковник запрыгнул в «УАЗ» и приказал водителю:

Проезжая по станице, он внимательно оглядел центр поселка, выезд из Горской, людей Сергушина не увидел и вызвал командира третьей штурмовой группы на связь:

– 02! Станица, как слышишь, прием!

– Слышу вас, Станица!

– Где разместил людей?

– Там, где и было запланировано.

– Я никого не заметил.

– А разве они должны быть на виду?

– Вы не определили время несения службы.

– Побудешь до полуночи, если ничего не произойдет, вернешься!

На базе командира отряда ждал дежурный – старший лейтенант Антошин, только что заступивший в наряд.

Губарь приказал водителю остановиться у штабного модуля.