Консервация ненависти

Тогда зачем платить? Проще убрать. Тем более что сержант становился опасным свидетелем. Соев же этот вариант не просчитал. Он поверил главарю. Где человек банды мог безопасно передать деньги Соеву? Только у дома Ведеевой. И вот с представителем главаря банды сержант пошел бы за сараи.

– Ты не допускаешь, что можешь ошибаться?

– Допускаю. И это еще хуже, потому как в этом случае «крот» продолжает находиться в отряде.

– Представляю, как отреагирует на твои предположения генерал Термилов.

– Я представлю ему только факты, без комментариев и выводов.

Выводы пусть делает комиссия. Или же, если мы еще остаемся на своих должностях, придется самостоятельно расследовать и нападение боевиков на группу, и убийство Соева. Сможем ли докопаться до истины? Это большой вопрос. Но что-то мне подсказывает, обстановка вскоре прояснится. Для чего «духи» похитили Бакарова и Штебу? Просто казнить ребят бандиты не станут, сейчас не те времена. Значит, главарь банды преследует какую-то конкретную цель. И мы узнаем, что это за цель.

– Не исключено. Хотя, думаю, что-то другое. И не будем, Костя, гадать. Сейчас главное – дождаться окончания работы комиссии, которую уже сегодня Термилов может привезти с собой. А вот потом, когда шум уляжется, займемся собственным расследованием, если «духи» до этого не выставят каких-либо требований. В общем, будем жить, будем посмотреть.

– Завтра надо отправить тела ребят на родину.

– С отправкой все готово?

– Да, с этим проблем нет. Сопровождающих выделят из комендантского взвода штаба.

Ну а старшим придется ехать мне.

– Неприятная миссия.

– Да уж, ничего приятного в этом нет. Когда я, еще будучи взводным в десантном полку, повез свой первый цинк, солдат застрелился в карауле, то попал под такой прессинг в селе, откуда был родом солдат, что только вмешательство отца погибшего спасло меня от яростной толпы, готовой порвать на куски. От формы клочки остались, все тело в синяках. Отец солдата дал одежду и ночью вывез из села в район. На Западной Украине это было.

– А как же сопровождавшие гроб солдаты?

– А к ним какие претензии? Они такие же, как и погибший, офицер же – другое дело. До сих пор помню, как мать солдата рвала на мне китель и кричала: «Я дала тебе сына, верни мне его!» А в глазах безумие. Понимаю, что от горя, но таких командировок врагу не пожелаешь.

– Сейчас другая ситуация.

– Да это ясно, и все же стресс.

– Ничего не поделаешь.

Телефон внутренней связи прозвучал сигналом вызова.