Консервный ряд

Потом день простоял на пороге, а через десять дней был уже в помещении. У него были огромные черные глаза и жесткая спутанная грязная шапка волос на голове. Руки он не мыл вечность. Фрэнки поднял с пола стружку, бросил ее в корзину с мусором и стал смотреть, как Док приклеивает ярлыки к банкам с экспонатами – лиловыми парусниками. Наконец он подошел к верстаку и положил на него свои чумазые ладони. Это постепенное внедрение в обитель Дока заняло недели три, и все это время Фрэнки был готов в любую минуту сорваться с места и убежать.

– Как тебя зовут, малыш? – спросил Док.

– Фрэнки.

– Где ты живешь?

– А там. – Взмах руки в сторону холма.

– Почему ты не в школе?

– Я не хожу в школу.

– Почему?

– Они меня не берут.

– У тебя грязные руки. Ты давно их не мыл?

Фрэнки, как побитый, подошел к раковине и стал изо всех сил тереть мылом руки; с тех пор он всегда мыл руки чуть не до ссадин.

Он стал приходить в Биологическую почти каждый день. Это был союз, в котором не было места праздной болтовне. Док выяснил по телефону, что Фрэнки сказал про школу сущую правду.

Его в школу не брали. Он не мог учиться, и еще у него было что-то с координацией движений. Ему нигде в жизни не было места. Он не был идиотом, не был опасен, но родители или родитель не могли поместить его в специальное заведение, не было денег. Фрэнки редко ночевал в лаборатории, но с утра до вечера ни на секунду никуда не отлучался. Иногда он забирался вечером в ящик со стружками и засыпал. По-видимому, когда дома было совсем уж плохо.

– Почему ты приходишь сюда? – спросил Док.

– Потому что вы не бьете меня и не даете пять центов, – ответил Фрэнки.

– А тебя дома бьют?

– Дома все время дядьки. Они выгоняют и дерутся или дают пять центов.

– Где твой отец?

– Умер, – тихо сказал Фрэнки.

– А где мать?

– С дядьками.

Док состриг с головы Фрэнки колтун и вывел у него вшей. Купил у Ли пару штанов и полосатый свитер. И Фрэнки стал его верным рабом.

– Я вас люблю, – сказал он однажды. – Да, люблю.

Он хотел что-нибудь делать в лаборатории.

Стал каждый день подметать пол. Но всегда у него получалось что-то не так. Даже пол не мог чисто вымести. Попробовал сортировать раков по величине. Раки, большие, средние, мелкие, лежали в ведре. Их надо было разложить по большим кастрюлям – трехдюймовые в одну, четырехдюймовые – в другую, и так далее. Фрэнки стал раскладывать, но не смог, хотя его даже пот прошиб от усердия. Он не различал предметы по величине.

– Смотри, Фрэнки, – сказал Док. – Я тебя научу.